50 лет авторской песне в Казани: «Какая такая Окуджава?»

Ольга ЮХНОВСКАЯ
50 лет авторской песне в Казани: «Какая такая Окуджава?»

Концерт, посвященный полувековому юбилею авторской песни в Казани, собрал максимум зрителей при минимуме рекламы - 1060 билетов разошлись задолго до назначенной даты. Чудом просочившиеся вчера на бардовскую сходку в УНИКСе «нелегалы» были счастливы хотя бы постоять вдоль стенки.

Осенью 1966 года в актовом зале Казанского университета прошел первый концерт авторов-исполнителей, который теперь можно назвать историческим событием, ведь с этого все и началось. Студенческая фронда влюбила в себя не только родной город - всю страну. Несколько десятилетий эти «безбашенные» парни с гитарами во многом определяли портрет своей эпохи. И сегодня списывать их со счетов рано.


В юбилейной программе произошли изменения: не смог вырваться из новосибирского снежного плена Леонид Сергеев, а у Виталия Харисова заболела дочка. В итоге на сцену вышли четверо участников первого концерта авторской песни в Казани - Борис Львович, Семен Каминский, Эдуард Скворцов, Валентин Жихарев. Аплодисменты с подношением цветов и крики «браво» сопровождали каждого выступавшего: Валерия Бокова, Владимира Муравьева, Дмитрия Бикчентаева, Сергея Бальцера, Владимира Менделевича и Евгения Сахарова, Якова Маргулиса, Владимира Минкина, Юлию Зиганшину и Эльмиру Галееву, Гузель Гимаеву и ансамбль «Игрушка», Луизу и Валерия Леонтьевых с ансамблем «Уленшпигель», молодой коллектив «НеЗаМи». Зритель прекрасно принял Бориса Бронштейна с его ироническими четверостишиями.


Четырехчасовой концерт напоминал коллективное камлание: люди подпевали, смеялись, ловили каждый аккорд и слово со сцены. Ни один человек не спустился за это время в гардероб. Что и понятно: залетных здесь не было - и на сцене, и в зале лишь свои в доску люди. Несмотря на «сухой закон» в стенах "УНИКСа", публика деликатно выпивала из крохотных стаканчиков, закусывая домашними бутербродами. Ну а что? В кои-то веки люди встретились! «Это наш концерт! Это про нашу молодость! - эмоционально ответили три дамы корреспонденту «Вечерней Казани» на вопрос о впечатлениях. - Мы караулили начало продажи билетов три месяца! Наверху вся галерка поет в полный голос».
За кулисами творилось то же самое: барды подпевали вполголоса тем, кто на сцене, хлопали и даже норовили пуститься в пляс. Заводилой был, конечно, ведущий вечера Борис Львович. Пятьдесят лет назад он, первокурсник физфака КГУ, явился в комитет комсомола вуза с идеей вечера авторской песни.


- Первым трем аккордам научил меня Валера Боков, - вспоминает  Львович, - и было мне 15 лет. Играл я на гитаре за четыре рубля пятьдесят копеек, сделанной на местной мебельной фабрике, она висела у меня не на ремне, а на бельевой веревке. Организацией первого концерта занимались несколько человек. Комсомольские вожаки от моей наглости просто обалдели: «Какая такая Окуджава, какой Галич? Да ведь эти песни не литованы?» Но я их заболтал - сказал, лучше песни петь, чем морды бить, демагогию развел... Наш первый концерт шел пять часов. Творилось что-то невообразимое: очередь из желающих попасть на концерт заканчивалась в квартале от главного здания КГУ. А мест в зале - триста! Двери нараспашку, народ в фойе, на лестнице. А в самом конце стоял один жутко обиженный юноша, которому места не досталось. Это был Володя Муравьев. Он пошел в свой медицинский институт и там концерт устроил, а потом стал лауреатом всего, чего только можно достичь в авторской песне!


Сильное впечатление произвел выход легендарного руководителя СТЭМа КАИ, писателя-сатирика, литератора, мастера разговорного жанра Семена Каминского. Аккомпанируя себе на рояле, он исполнил несколько песен собственного сочинения. Зал притих, посерьезнел, когда прозвучало: «По всей России снег / Уже который век. И вдруг прогноз погоды / Сменить решился кто-то…», а дальше: «Я верю, что когда-то через годы, / Сквозь море крови, грязи и тоски, / Но все же выйду к правде и свободе. / Я верю, несмотря... И вопреки».

- Я верю, что публика поняла, о чем эта песня, - сказал нам позже в курилке Каминский. - Она об Оттепели. Только не о прошедшей, а будущей. К сожалению, манифест шестидесятников не изменился за полвека, он тот же - ожидание перемен. И самое страшное, что несвобода наступила после того, когда нам показалось, что уже ничто не повернется вспять. Не скрою, эта новая песня рождалась тяжело. Советуете на ютуб выложить? Пожалуй, так и сделаю. Кстати, недавно я вернулся из Голливуда, ездил на встречу с продюсером, который заинтересовался моим сценарием к фильму. История об убийстве всемирно известного театрального режиссера Соломона Михоэлса написана мною на основе документальных материалов.


Не сговариваясь с Каминским, на тему оттепели и будущего бардовской песни высказался знаменитый Валерий Боков:

- Полвека назад авторская песня была форточкой, через которую мы могли вдохнуть свежий воздух, ведь все вокруг было регламентировано. Где эта форточка сейчас и какой в ней воздух? В 1960-е песни писали Личности. Это не скрип ретрограда, а объективная реальность: сейчас много молодых авторов, по фестивалям ездят… Но то, о чем они поют со сцены, не пережито, не выстрадано. У них судьбы своей нет. Какие времена, такие и форматы.

Фото Артема ДЕРГУНОВА.