АУЕ, «колумбайнер» и другие: в Казани обсудили киберугрозы для детей

Наталия ВАСИЛЬЕВА
АУЕ, «колумбайнер» и другие: в Казани обсудили киберугрозы для детей

Психологи в шоке: интернет-зависимость у детей формируется уже не со школьного, а с двухлетнего возраста. Не умеют говорить, но уже гуляют по Сети. О том, что их там ждет, говорили вчера депутаты, омбудсмены, педагоги и психологи на круглом столе в Казани.

Две трети детей в России не представляют свою жизнь без смартфона, а 56% подростков практически живут в Интернете, начала с сухих и уже никого не удивляющих цифр модератор дискуссии, председатель Комитета Госсовета РТ по социальной политике Светлана Захарова.

Депутат Госдумы от Татарстана Александр Сидякин в красках развил тему:
- Стоит человеку сделать два-три клика, как те нейронные сети, которыми пронизан сегодня Интернет, начинают создавать его портрет. 500 раз ты кликнул - и Сеть тебя знает лучше, чем твой супруг. Какие конфеты ты любишь, какой алкоголь предпочитаешь, куда поехал кататься... Избирательная кампания Дональда Трампа - на эту тему есть исследования - строилась исключительно на прямых сообщениях пользователей. То есть они запустили программу, которая собирала предпочтения пользователей. Через Интернет устраивают «цветные революции». Чего уж говорить про наших детей, они наиболее уязвимы.

Депутат напомнил, что сейчас российское законодательство позволяет в досудебном порядке блокировать сайты, содержащие опасный контент по четырем направлениям: порнография, наркотики, суицид и огнестрельное оружие. Но существует масса ресурсов, которые «пасутся» около этих запретных тем, например предлагают поразмышлять о смерти и смысле жизни, и к ним, что называется, не подкопаешься.

Поэтому, убежден парламентарий, пора подумать о новых ограничительных мерах, например обязать создателей сайтов указывать возрастные ограничения в зависимости от контента, допустим, 10+ или 18+.

- А что делать с соцсетями? Через них детей зовут на сходки в лесу, поколошматить друг друга, - поинтересовалась одна из участниц дискуссии. «АУЕ они себя называют», - внесла ясность уполномоченный по правам человека в РТ Сария Сабурская.

- Позвали в лес - это же не уголовное дело, - усмехнулся Александр Сидякин.

- А драка?

- Это дело добровольное, - развел руками депутат.

При этом Сидякин признался, что как отец двоих детей 10 и 16 лет с тревогой наблюдает, как его отпрыски сидят в Интернете.
- Вот она сидит играет - сундучки, монетки, пони прыгают. «Папа, а можно я твою карту привяжу?» Снимают по 10 - 15 рублей. Вроде безобидно, но понятно, что ребенка через такие зацепки затягивают во что-то более серьезное.

Продолжая тему угроз из соцсетей, уполномоченный по правам ребенка в РТ Гузель Удачина предложила пойти по западному пути:
- В США детям можно открывать свой аккаунт только с 13 лет. В Европе детям до 16 лет запрещено регистрировать аккаунт без разрешения родителей. У нас нет никаких ограничений. Вроде бы что-то обсуждалось в Госдуме, но пока ничего конкретного не слышно.
 
А тем временем, отметила Удачина, в соцсетях подростков захватило новое модное течение «колумбайнер» (от названия американской школы «Колумбайн», два ученика которой в 1999 году устроили массовый расстрел своих одноклассников и учителей, а затем покончили с собой). Недавняя поножовщина, устроенная школьниками в Перми, нападение учеников с топором и бутылкой с зажигательной смесью на учительницу и детей в Улан-Удэ – плоды «колумбайнера».
- Это течение пропагандирует принцип «жестокой справедливости»: «вы меня унижали - теперь получите», что очень близко подросткам, - отметила детский омбудсмен.

 Удачина озвучила тревожную статистику: 32% детей проводят в Сети по 8 часов в день. Более того, если несколько лет назад дети знакомились с Интернетом в 9 - 10 лет, то сейчас в два года!
- Это наша реальность: малыш с гаджетом, пальчиком там что-то листает. Родители в восторге. Но это на самом деле должно их пугать! - эмоционально заявила Гузель Удачина. - Ребенок практически с пеленок становится зависимым от Интернета, живет в двух пространствах – оn и off. 

- Да, родители сейчас отправляют малышей в детсад с айпадами и смартфонами! Этого категорически делать нельзя. То же самое в начальных классах. Вместо того чтобы бегать на перемене, дети общаются друг с другом с помощью гаджетов, - горячо подхватила замминистра образования Татарстана Лариса Сулима, давая понять, что за безопасность детей в первую очередь отвечают родители.

Впрочем, новое руководство Минобрнауки РТ, по словам Сулимы, тоже не дремлет. После трагических случаев в российских школах татарстанские чиновники намерены изменить «подходы к формированию психологически комфортной среды» в учебных заведениях. Вопрос: кто будет формировать эту среду, вычислять среди школьников потенциальных убийц, жертв, если учителя, по единодушному мнению участников круглого стола, «озабочены высокими рейтингами, но не воспитанием», а психологов и социальных педагогов в школах катастрофически не хватает.
 
- Школы республики на 70% не обеспечены психологами. В школах почти половины муниципальных районов республики психологов нет вообще, - сказала позже в разговоре с корреспондентом «Вечерней Казани» Лариса Сулима. По ее данным, в Татарстане работают всего 493 школьных психолога, то есть лишь в каждой четвертой школе. А социальных педагогов и того меньше – 123 на всю республику, то есть в каждой 15-й школе. В Казани, например, трудятся всего 32 таких педагога, в Набережных челнах – 7, в Зеленодольском районе – 5...

Впрочем, профессионализм тех спасателей детских душ, что сейчас работают, вызывает у экспертов сомнение.
 - Психолог в школе вообще ничего не делает. Вернее, он ведет бумажную работу, но с детьми даже не встречается, - заявил в ходе дискуссии казанский частнопрактикующий детский психолог Максим Боев. По его мнению, так происходит, потому что школьный психолог просто физически не может пообщаться с сотнями учеников, к тому же он зависим от руководства школы. Школьники опасаются, что если они поделятся с ним своими переживаниями, он донесет директору, а тот в свою очередь настучит родителям.

- Я считаю, что психологическая служба в школах должна быть независимой от администрации. Тогда она будет эффективной, - заявил Боев.

Говоря о безопасности в Интернете, Максим Боев перефразировал булгаковского профессора Преображенского: проблема не в Интернете, а в головах.
- Мой опыт показывает, что в опасные интернет-группы попадают, как правило, дети «холодных» родителей. То есть родители есть, но их как бы нет. Нет общения и тепла. И ребенок ищет поддержки в Интернете.

Фото автора