Дети, подвиньтесь!

Айгуль ШАРАФИЕВА
Дети, подвиньтесь!

Про детсад на Хади Атласи, 28  нам рассказала читательница. Позвонила в редакцию и сказала, что ей очень жалко детей, которые туда ходят. Дескать, этот садик крошечный, с пятачок. Но рядом, буквально в нескольких шагах, - такая помойка, что мама не горюй!  Не контейнер,  а прямо целый вагон, в который носят мусор два квартала народу! И пахнет, не приведи Господи: на дворе  жара - тридцать градусов, смрад. 

Жаль, что  газетная полоса не видео: вот мальчик лет пяти  бежит  за девочкой. На нем белая кепочка. Дети играют с желтыми ведерками в песочке. Звучит музыка - в садике крутят детское радио. Но если камеру перевести на пару метров влево, то в кадре появится  гигантская помойка, похожая на бронетранспортер. Рядом - контейнер приемщицы  стеклотары.  Между ними - горы мешков с пустыми бутылками, их  прислонили к дереву. Мужичок специфический, помятый, присел покурить. Валяется прожженный  диван...  Я попробовала посчитать, сколько шагов отделяет детей от этой помойки: раз, два, три... всего получилось  пятнадцать. Роста я невысокого, так что представьте, как это все близко...

"Фотографируете, что ли? - женщина в лосинах - приемщица стеклотары - увидела, что я нацелила фотоаппарат на помойку, и замахала руками: - Я уж сколько прошу дворника: уберите с этой помойки  бомжа!"  "Тут и бомжи есть?" - удивилась я. "А как же!" - почти с гордостью сказала приемщица. Показала мне "быт" бездомного: мягкое кресло в закутке около помойки, старый диван. Есть даже картина в раме. В большой  пластиковой бутылке грелись на солнышке  остатки ужина: в белых хлопьях можно было узнать картошку, она плавала в чем-то красном...  Приемщица поведала, что бомжа крысы не боятся: "Он же и сам ест, и им кидает. Но меня возмущает, что он повадился, паразит,  по нужде ходить за мой контейнер". 

Мне захотелось измерить, в скольких шагах от детского сада происходят описываемые приемщицей события.  До пункта приема стеклотары получилось семь.  

Не успела приемщица договорить про бомжа,  как ее поддержала пожилая женщина в засаленном красном халате: "Да я б его самого туда мордой-то, в это г..!".  Эта женщина  пришла к помойке со специальным длинным железным крюком, ковырялась им в контейнере, а потом резко выдергивала. Пустые пластиковые бутылки взлетали вверх и сыпались на землю, как бутылочный дождь. "А то ходит, блин, мое ворует!" - цедила она сквозь зубы. С помощью  крюка женщина за минуту набросала вокруг себя штук десять пластиковых бутылок. Потом стала подгонять их им же, как клюшкой, к приемщице. "А что, бутылки дорого стоят?" - спросила я женщину в лосинах.  "Да тридцать копеек за штуку!" - рассмеялась она.  

 ...Садик на Хади Атласи действительно крошечный, как и говорила наша читательница. Со всех сторон стиснут домами.  "Элитные" так  просто набрасываются на его обветшалые стены,  заглядывают пластиковыми глазами-окнами прямо в группы к детям.  В этом районе дома жмутся друг к другу, но все отделены от помойки садиком с детишками, как буфером. За пятнадцать минут, что я фотографировала эту мусорку, ею воспользовались  еще двое мужчин и две женщины. Мужчина накрошил на землю хлеба, слетелись голуби. Женщина в голубом халате выбросила в помойку два больших пакета. "А что в них?" - спросила я.  Она ответила, что там бахилы из стоматологии "Ультрамарин".  Но, заглянув в пакет, я увидела пеленки, упаковки от препаратов...

"Дети, собирайте игрушки, заходим!" - в садике выключили музыку и повели детей спать. Наверное, воспитатели боятся подпускать детей близко к помойке: малышам разрешают  играть только на тех участках,  которые  отдалены от  нее не меньше, чем на пятьдесят метров, откуда жизнь не видна с такой анатомической откровенностью.  Ведь  в нашем городе легче подвинуть  детей, чем чей-то  бизнес.