Драматург Любовь Стрижак: «Любимчиков среди казанцев у меня нет»

Айсылу КАДЫРОВА
Фото из архива Любови Стрижак

В творческой лаборатории «Угол» прошел трехдневный марафон публичных читок пьес, которые казанские авторы написали в рамках драматургической лаборатории PRO/log-2016. Это далеко не последний этап долгосрочного проекта: на днях дирекция центра современной драматургии и режиссуры «Центр. Первый» должна подвести итоги зрительского голосования и решить, какие из пьес достойны того, чтобы их взяли в работу режиссеры для постановки пока еще только эскизов будущих спектаклей.

Выбрать лучшие пьесы (из одиннадцати публично прочитанных) будет очень сложно: зрители, с трудом помещавшиеся в зрительном зале «Угла», с неподдельным вниманием слушали буквально каждую. Авторы написали потрясающие тексты о наших современниках, среди которых - истории про клерков из рекламного агентства, про людей с психическими расстройствами, про студентов-иностранцев из Казанского университета...

Одним из кураторов, под руководством которого казанские авторы работали над своими пьесами с мая, была Любовь Стрижак - дипломированный театровед и востребованный драматург. Спектакли по ее пьесам идут в московском «Гоголь-центре», театре «Практика», петербургском Этюд-театре...

В перерыве одной из читок Любовь Стрижак ответила на вопросы корреспондента «Вечерней Казани».

- Марафон читок пьес казанских авторов начался почти сразу после знаменитого фестиваля молодой драматургии «Любимовка», на котором в разное время свои пьесы представляли известные теперь Михаил Угаров, Василий Сигарев, Максим Курочкин, вы... «Любимовка» - это такой «Оскар» для молодых драматургов?

- Нет. Это скорее Каннский рынок, поскольку на «Любимовке» не лучших авторов выбирают, а представляют лучшие драматургические тексты за текущий год, которые заранее отбирают эксперты. Задача «Любимовки» - найти новых талантливых авторов и дать им возможность оказаться в профессиональной среде.

- У ваших казанских учеников - участников лаборатории PRO/log-2016 - есть шанс оказаться на «Любимовке-2017»?

- Уверена, что да. Им нужно лишь доработать свои тексты, созданные в нашей лаборатории. Я готова рекомендовать экспертам «Любимовки» Рамиса Назмиева, который работает над пьесой «Остазбика». На читке он представил только одну ее часть, очень хорошо написанную, из которой ясно, что эта пьеса - про отдельный, не всем известный мир, где смешались татарская и русская культуры, и это очень интересно. Должна сказать, что «Любимовка» не единственный в России фестиваль для драматургов. Но она - это абсолютно точно - дает авторам возможности и стимул работать дальше: знакомит с нужными людьми, погружает в атмосферу, ориентирует.

- Как вы можете охарактеризовать своих казанских учеников?

- Когда я о них думаю, в моей голове крутится слово «разность». Они настолько все разные! Разного пола, возраста, профессий... Объединяет их желание писать, высказаться, и это очень здорово. На читках своих пьес они чувствовали себя очень уверенно. Это хороший признак: они отвечают за свои слова.

- Написание пьесы меняет человека (автора) и пространство вокруг него?

- Мой опыт говорит, что да. Когда начинаешь писать пьесы, ты начинаешь лучше чувствовать этот мир. Лучше понимать его. А когда твоя пьеса оказывается в театральном пространстве города - в программе публичных читок, например, - меняется и само это пространство. Появляется новый вектор в театральной жизни: теперь помимо постановок, условно говоря, по пьесам Чехова можно увидеть современные истории про нас с вами и про людей, которых мы сегодня можем встретить не в книге, а на улице. Новые тексты новых драматургов требуют нового театрального языка, им необходима новая энергия. Поэтому они «привлекают» к себе новых режиссеров, которые понимают, как ставить такой текст, и новых актеров, которые умеют такой текст играть. И, конечно же, начинает формироваться определенная зрительская аудитория, которая готова ходить не только на спектакли по пьесам Чехова.

- Люба, а вы сами сейчас пишете новую пьесу?

- Да. Пишу монопьесу для Василия Буткевича, актера Мастерской Дмитрия Брусникина. Ни названия, ни тему этого монолога я называть пока не имею права. Еще занимаюсь инсценировкой романа Жана Кокто «Ужасные дети», с которой будет работать режиссер Саша Толстошева в театре на Таганке.

- Как получилось, что вы решили заниматься театром?

- Поступать в Петербургскую академию театрального искусства я решила после того, как увидела в МДТ спектакль Льва Додина «Гаудеамус». Он так потряс меня, что я захотела стать частью этого театрального мира. В себя как в актрису не верила, поэтому пошла учиться на театроведа. Но театроведом не стала: это все же не мое. Мое - писать пьесы. Я поняла это после знакомства с Юрием Клавдиевым и Вадимом Левановым на фестивале «Новая драма».

- Не могу не спросить, появились ли у вас фавориты среди участников казанской драматургической лаборатории?

- Нет, наверное. В каждой пьесе, созданной в рамках нашей лаборатории, мне очень нравится что-то определенное. В «ТЗ на собственную жизнь» Юлии Колесовой - структура текста, в «Сломанных ребрах» Саши Ключниковой - амбициозная задача автора рассказать про поэта, в «Остазбике» Рамиса Назмиева - тонкий юмор, в «Моей левой руке» Булата Минкина - смелое исследование темы сексуальных зависимостей... Но любимчиков среди казанцев у меня нет.

- Кто для вас сегодня главный драматург?

- Их трое. Это Иван Вырыпаев, Павел Пряжко и Слава Дурненков. Невероятные для меня авторитеты.