Хания Фархи: я не помню, как попала в больницу

Айсылу КАДЫРОВА
Хания Фархи: я не помню, как попала в больницу

С народной артисткой Татарстана Ханией Фархи я хотела побеседовать о театрализованной программе "Если бы я знала, что ты любишь", которую она представит 11, 12 и 13 апреля в КСК УНИКС.

Но певица сразу поменяла тему разговора: "Прежде я хочу рассказать о неожиданном повороте в своей судьбе. И опровергнуть многочисленные слухи: что я сломала ногу, что от меня ушел муж, что я умерла... Все это неправда. Я жива, слава Аллаху".

- Что же случилось, Хания-ханум?

- Накануне Нового года, 27 декабря, я недалеко от своего дома поскользнулась и упала на спину. Я была без головного убора - больно ударилась головой. Тут же подбежал мой муж Габдулхай, помог мне подняться. Я была цела и особого внимания этому падению мы не придали. Да и некогда было. В последние дни декабря жизнь была очень напряженная: я выступала на гала-концерте фестиваля "Татар жыры" в Казани, на гала-концерте фестиваля башкирской песни в Уфе, записывала в студии новые песни, снималась в клипах и в ток-шоу, ходила заниматься в фитнес-клуб... Несколько ночей даже не спала, потому что элементарно не оставалось времени на сон. А 28 декабря я выступала на корпоративе одного министерства в НКЦ "Казань". Спела, поздравила всех с наступающим Новым годом, ушла со сцены и упала без сознания. Приехала скорая: инсульт. Операция по удалению гематомы головного мозга длилась четыре часа. Новый год я встретила в реанимации МКДЦ.

- А когда очнулись?

- Говорили, что должна буду прийти в себя через трое суток после операции. И что неизвестно, какой я теперь буду. Ожидали и паралич, и немоту... Я пришла в себя быстрее, чем предполагали. Говорю и двигаюсь, слава Аллаху, как раньше. Профессор Булгаков, который оперировал меня, который спас меня, которому я очень благодарна, сказал, что я родилась в рубашке. Но и гены мои сказались, наверное. Мой папа жил до 80 лет, был крепким до самого своего внезапного ухода. Маме сейчас 83 года, она в своем уме и еще вовсю командует всеми нами.

- Представляю, как нервничали в эти дни ваши близкие.

- Да, я всех напугала. Кстати, после операции выяснилось, что у меня случился провал в памяти. Ничего не помню, что было со мной, с того самого момента, как упала на улице, до того момента, как вернулась из больницы домой. Как выступала на корпоративе в НКЦ "Казань", я не помню. Как  попала в больницу, как лежала в больнице, как ко мне приходили близкие, а я там с ними даже общалась - не помню совершенно. Это очень страшно - вычеркнутые из памяти десять дней жизни. Но это и хорошо: я не помню, как мне тогда было больно.  Когда поняла, что у меня временная амнезия, похолодела от ужаса: а помню ли я свои песни? Проверку устроила себе 7 марта на небольшом концерте, который специально организовали мои друзья из Самары. Слава Аллаху, оказывается, помню все свои песни. Мой коллектив - музыканты, певцы, танцоры - все семнадцать человек вздохнули с облегчением. Они ведь тоже очень переживали за меня.

- Чем они занимались, пока вы лежали в больнице?

- Работали в моей студии: записывали новые аранжировки, помогали другим артистам... Некоторые, правда, не дождались моего выздоровления. Таких двое. Взяли и уволились из коллектива, когда я "загремела" в больницу. Я не держу на них зла, не обижаюсь. Просто было бы лучше, если бы они попрощались по-человечески.

 - Хания-ханум, а до этого случая вы попадали в больницы?

 - Первую операцию - на ноге - перенесла 14 лет назад. Второй раз больница случилась в 2007 году: попали с Габдулхаем в жуткую автомобильную аварию... И вот теперь этот случай. Последний, надеюсь. Я очень хорошо поняла, что нужно себя беречь. Отныне - никаких бессонных ночей ради работы, никакой гонки.

 - Но уйти со сцены вы еще не готовы?

 - Я всерьез подумывала уйти со сцены еще в 2010 году, после пятидесятилетия своего. Хотела открыть психологический центр для поддержки женщин и в нем же - салон красоты. Габдулхай уже помещение для этого приобрел, но мы его в аренду сейчас сдаем. Потому что сцена меня не отпускает. И народ на меня все еще ходит. Если подумать: уже двадцать пять лет на эстраде Хания, один и тот же все это время у нее голос. Но она востребована! Нас же немного таких, востребованных, на татарской эстраде: Салават, Айдар Галимов и я. Ну, Зайнаб с Зуфаром можно еще добавить. А кто еще из татарских певцов может сегодня собирать аншлаговые залы на свои сольные концерты?

 - Не знаю таких.
 

- И я не знаю. Так что еще поработаю. В свое удовольствие. Знаете, я очень довольна своей жизнью. Всего своим трудом достигла и только поэтому сейчас многое могу себе позволить - путешествие в Доминикану, например. А еще ведь близким надо помогать: у меня внучка растет, Амина. А младшая дочка, Алсу, только в десятом классе учится. Я люблю помогать, очень хорошо знаю, как это важно - когда тебе помогают. Я в семнадцать лет укатила из башкирской деревни в город - в Москву. Деньги мне родители наскребли только на проезд, а дальше - выживай как знаешь. Лимитчица я была в Москве.

 - Вы никогда об этом не рассказывали...

 - А вы не спрашивали. Я приехала в Москву и поступила в текстильное училище: там давали место в общежитии, стипендию 30 рублей в месяц и одноразовое питание там было. По первой профессии я ровничница - вы, наверное, и слова-то такого не знаете. Ровничница занимается выработкой ровницы - непряденой шерсти, полуфабриката прядильного производства.

 - Хотите сказать, что артисткой вы стали случайно?
 

- Не думала, что стану артисткой. В свое удовольствие занималась в художественной самодеятельности. И пела в концертах, которые устраивались во время встреч татар Москвы. После училища поступила в текстильный институт и параллельно - в музыкальное училище имени Ипполитова-Иванова. Пела в русском хоре имени Пятницкого. Когда в столицу приезжали татарские артисты, старалась не пропускать встреч с ними. Однажды отважилась и спела в узком кругу татарскую песню. Выяснилось, что это песня на слова Гарая Рахима, который как раз приехал. И он мне сказал: "Хания, приезжай в Казань, ты такая талантливая!". Вы знаете, он будто в мое сердце положил маленький уголек большой веры - в меня, в мои силы. И я поехала в Казань.

 - Бросили учебу в Москве?!
 

- Да, поторопилась. Надо было, конечно, закончить училище в Москве. Но это я сейчас понимаю. А тогда... После четырех лет в Москве решительно уехала. На экзамены в музыкальное училище опоздала, пошла поступать в театральное. Сыграла комиссии на гармошке, спела. И меня приняли. Я училась у Шамиля Бареева, Роберта Батуллы, Гульсум Исангуловой и Фирдаус Ахтямовой. Я дипломированная актриса, в Тинчуринском театре играла. Вышла замуж, родила Алиюшку... А потом меня сократили. Трудное было время: ушла и из театра, и от мужа. В отчаянии позвонила другу в Москву, он предложил мне работу ведущей концертов в Московской областной филармонии. Я согласилась, начала гастролировать с ансамблем "Байрам", в котором и начала петь.

 - Вы ведь не всегда носили фамилию Фархи? 

- Когда играла в Тинчуринском театре, я была Хания Галиева (носила фамилию первого мужа). На афишах первых концертов писала свою девичью фамилию: Хания Халидуллина. Это ужасно злило экс-мужа. Однажды этими афишами, свернутыми в трубу, он избил меня. А раньше афиши на плотной, жесткой бумаге печатали. Неприятно вспоминать... А потом я решила взять себе псевдоним Фархи, это сокращенный вариант имени моего любимого отца Фархирислама. Среди татарских певцов я первая взяла псевдоним, до этого только у татарских писателей псевдонимы были... Знаете, имя отца помогло мне. И помогает. Я всегда хотела выразить благодарность отцу, но нестандартно. И вот недавно в моем репертуаре появилась песня про моего папу, она называется "Папе"...

 - Все ваши проекты продюсирует сейчас ваш муж Габдулхай?

 - Да. Габдулхай - мой продюсер, мой директор, мой любимый муж. Я шучу, что он неожиданно мне подвернулся. К тому времени я уже успела отказаться от предложения московских музыкантов уехать работать за границу, возглавила ансамбль "Байрам"... Была самой себе, певице, и директором, и бухгалтером. И тут - встреча с Габдулхаем... Я сразу переехала к нему в Челны и думала, что перестану петь. Но все получилось иначе. Вышел мой первый альбом, он молниеносно разошелся и принес мне новый успех. Габдулхай стал потихонечку мне помогать и сам, кажется, не понял, как из главного инженера одного солидного предприятия превратился в моего продюсера, директора, моего главного друга. Он всегда рядом. Знаете, если бы не он, я бы не восстановилась после операции так быстро. Если бы не он, я бы не жила сейчас в радостном предвкушении своих апрельских концертов в Казани. Приходите, кстати, обязательно. Я вас приглашаю!..