Художник Ильгиз Ханов: «Храма всех религий в Старом Аракчино не будет. Будет Центр толерантности»

Айсылу КАДЫРОВА
Художник Ильгиз Ханов: «Храма всех религий в Старом Аракчино не будет. Будет Центр толерантности»

Персональная выставка Ильгиза Ханова открылась вчера в Национальной художественной галерее «Хазинэ». Внешне Ильгиз  очень похож на своего родного брата — тоже художника, целителя и создателя знаменитого Храма всех религий в Старом Аракчино Ильдара Ханова (1940 - 2013). В интервью «Вечерней Казани» он признался, что решил переехать из Москвы в дом при Вселенском храме. И продолжить дело брата.

Последние тридцать лет 68-летний Ильгиз Ханов  живет в Москве, но работает не только в столице: написал тысячи икон и более 70 иконостасов для различных храмов России (от Дальнего Востока до Соловков), участвовал в реставрации Петропавловского собора в Казани, выполнил несколько масштабных работ для Благовещенского собора Казанского кремля, Раифского Богородицкого мужского монастыря...

- Вообще-то это я начал строить в Старом Аракчино храм, - говорит он. -  Это было в далеком 1976 году. Приехал из Москвы, где учился в высшем художественно-промышленном училище, и решил построить себе мастерскую. Потом дочка Юля попросила, чтобы я построил ей отдельную комнату. И я пристроил к мастерской комнату. Ну и пошло-поехало... Уже потом к строительству подключился Ильдар.

Сегодня владельцы этой постройки, этого Вселенского храма, я и моя родная сестра Флера. И юридически, и морально хозяева - мы. И только мы будем нести ответственность за него. Скорее всего, я изменю название этого сооружения: это будет Центр толерантности, а не Храм всех религий, или Вселенский храм, как его сейчас называют. Но совершенно точно вам говорю: я там буду жить и работать. Я многое умею: могу преподавать йогу, живопись, иконопись. Хочу открыть художественную гимназию для детей, но не маленьких, а примерно с пятого класса. Планов много - сначала нужно достроить наш Центр толерантности.

Я уверен, что доведу это дело до конца. Главная идея такая: чтобы в Центр толерантности любой путник мог зайти и почувствовать себя здесь защищенным, как дома. Потому что мой брат всем помогал. И я всегда старался быть полезным людям: ко мне в Москву кто только в мастерскую не приходил и не приходит. Я йог, буддист, пишу иконы, а по рождению мусульманин - открыт всем...

Это неправда, что я планирую открыть в Старом Аракчино Татарскую академию художеств. Это так же неправильно, как если бы где-то открыли Русскую академию, Немецкую... Будет художественная гимназия для детей.

Нынешнюю выставку «Женский образ. Красота сквозь века» я посвящаю своим любимым друзьям, которые, увы, уже ушли из жизни: Игорю Башмакову, Якову Вайсфельду, Владимиру Разумейченко и брату Ильдару. Они все повлияли на меня. Я им благодарен. Каждый дал мне волшебный пендель и показал, как прекрасна жизнь и как это прекрасно - быть художником.

С Игорьком Башмаковым мы вместе учились и в художественной школе, и в Казанском художественном училище, и в Строгановке. Я всегда пример с него брал. Яша Вайсфельд, замечательный искусствовед, был директором музея в Свияжске, знакомил меня с редкими иконами. Я по характеру - воин, шапкозакидатель, мне бы коня да на линию огня, а Яша - спокойный, мирный... С Володей Разумейченко мы восстанавливали храм Петра и Павла... Я всех их любил. И брата тоже, конечно. Но с братом у нас немного соревнование было: два художника, что вы хотите. Но я-то без мозгов, а он был мудрый. Таких, как он, сегодня в России нет. Он был ясновидящим, целителем, с отцом небесным был на ты...

Одно время его то и дело приглашали в Москву, к Ельцину. Борис Николаевич лежал без сознания, и никто не мог ничего сделать: стоят тридцать врачей и шепчут: «Вот опять Борис перебрал...» И тут подходит брат, руками своими над ним - раз! И Ельцин приходил в себя: «А, Ильдар? Это опять ты? Что тебе надо?» Ильдар говорил: «Пачку чая». Ельцин командовал: «Дайте ему пачку чая!» Я вот сейчас думаю: надо было Ильдару не чай просить. Но он так не мог. Жил ради других людей. Святой был человек.

Когда Ильдар серьезно заболел, я поехал в Тибет и сделал кору (ритуальный обход) вокруг священной горы Кайлас. Просил продлить жизнь брату, дороже которого у меня никого нет. И он прожил семь лет. Но только семь, потом его «убрали». Он, я уверен, не сам умер...

Думаю, строительство Центра толерантности завершится к 2022 году. Это будет комплекс куполообразных зданий, проект уже готов, и территория свободная есть для этого. В зданиях разместятся кроме художественной гимназии реабилитационный центр для наркозависимых и центр йоги. Центр йоги хорошо бы построить на специально намытом островке на Волге, мост к нему провести.

У меня нет никаких сомнений: необычный по архитектуре Центр толерантности в Старом Аракчино необходим Татарстану. Строительство будет происходить при государственной поддержке: жду, скоро должно выйти постановление кабинета министров республики...

Я не буду руководить Центром толерантности. И никакой другой человек не станет делать это один: центром будет руководить группа людей. Потому что когда один человек исполняет роль главного, начинается диктат и полная ахинея...

Фото Александра ГЕРАСИМОВА