Ирина Аллегрова - казанской поклоннице: «Господи ты боже мой, сколько ж ты выпила?»

Айсылу КАДЫРОВА
Ирина Аллегрова - казанской поклоннице: «Господи ты боже мой, сколько ж ты выпила?»

Вчера в Казани с программой «Моно» выступила певица Ирина Аллегрова. За двадцать минут до начала концерта у входа в «Пирамиду» интеллигентная женщина лет пятидесяти спрашивала у потенциальных зрителей, нет ли у кого лишнего билетика. Она была готова приобрести самый дорогой билет - за 5000 рублей, но, кажется, ей не повезло.

«А КРАСИВО ПОЛУЧИЛОСЬ! НЕ БУДУ УДАЛЯТЬ»

На Аллегрову в явно приподнятом настроении шли пары или небольшие компании - мужчины и женщины от примерно 25 до 70 лет. Женщин, понятно, было больше. Многие несли пышные букеты, а у некоторых в руках были воздушные шарики (позже выяснится, что шарики — тоже для Аллегровой). 

Уже в зрительном зале, который был переполнен, публике объявили строгим мужским голосом, что во время концерта категорически запрещается фотографировать артистов и сцену, а цветы и подарки разрешается преподносить только по окончании шоу. Этой просьбе вняли не все: мужчины из службы охраны то и дело «стреляли» в нарушителей изумрудными лучами лазерных указок. А когда фотографов замечала со сцены сама Аллегрова, мгновенно закрывала свое лицо руками. В какой-то момент певица обратилась к одному из них: «Телефончик свой дай сюда! Давай-давай! Не бойся. Я его не разобью». Когда ей передали телефон, она стала изучать свежие снимки. И отреагировала неожиданно: «Ой, а красиво получилось... Ой, классно! Не буду ничего удалять. Возвращаю телефон!»

Аллегрова была в черных лосинах и черном платье-фраке, манжеты которого расшиты бриллиантовыми нитями. Почему-то не в туфлях на каблуках и не в сапогах - в черных кроссовках на белой тонкой подошве. Миниатюрная, худенькая.

Некоторые критики называют ее «русской Шер», руководствуясь странной логикой: если бы в свое время отец Ирины не взял псевдоним Аллегров, то Ирина носила бы его настоящую фамилию - Саркисян, при этом выдающаяся Шер по паспорту - Шерилин Саркисян. Но если уж проводить параллели с американским шоу-бизнесом, то, пожалуй, большую ценность имеет другой факт: Аллегрову считает своей музой одна из самых знаменитых drag queen США Katya Zamolodchikova (Брайан МакКук). Drag queen (дрэг-королева) - амплуа актеров-травести, биологических мужчин, выступающих на сцене в женском образе...

Аллегрова вышла из-за кулис и сразу запела: «Море мишуры, словесной шелухи и грима вагон, и масса шапочных знакомых – тех, которых и не вспомнить имен. Тонны спецэффектов на сплошное напускное 3Д, и за большие миллионы трехгрошовое вокруг варьете. Вырублю, как дерево, все из жизни стерео, я хочу моно – так чище и громче! Моно – так лучше и проще, моно – ломаю наощупь каноны!..»

Громовую овацию зала она не стала слушать долго - обрушила на зрителей новую песню-признание: «Дай Бог, не в последний раз я купаюсь в лучах света ваших глаз. Дай Бог мне еще виток - расстелить свою душу у ваших ног. Дай Бог, еще не открыта касса, в которой мой последний билет. Короля играет свита, а без вас меня и нет!..»

«НЕ УЖЕ 65, А ЕЩЕ 65!»

Мощный, с приятной хрипотцой голос Аллегровой в песнях кажется гибким, свежим и сильным. А стоит певице заговорить, гибкость и свежесть тембра улетучиваются - уши закладывает от ее баса.

- Спасибо! Спасибо за то, что вы сегодня здесь, - басила Аллегрова. - Спасибо, что прошел только год и четыре месяца с того момента, как я на свой страх и риск в спортивно-концертном комплексе «Олимпийский» представила премьерную программу «Перезагрузка», которая, я знаю, испугала многих моих поклонников. Но я шла на риск: или пан - или пропал. Друзья мои, спустя год и четыре месяца я понимаю: пан! Спасибо вам!..

Публика охотно аплодировала певице после каждого ее «Спасибо!», а одна из поклонниц истошно кричала из бара: «Ирина! Вы лучшая!» Аллегрова не реагировала - продолжала рассказывать:

- У меня был выбор: либо я покидаю ее величество сцену в тот момент, когда только дурак это может сделать, а я не боялась такой показаться. Либо я должна повзрослеть вместе с вами и, может, о том же самом и продолжать петь, но уже другими словами и в другом стиле музыки. Я выбрала второе. Я хочу говорить с вами песнями. Сегодня у нас необычная встреча: ну шестьдесят пять мне, ребята!

Зал взорвался аплодисментами. Аллегрова улыбнулась и продолжила:

- Хочу всем женщинам сказать: девчонки, кому за «надцать»! Это не уже 65, а пока еще только 65! Все зависит от состояния души!..

Потом она говорила про то, что впервые побывала в Казани еще в детстве («Была здесь на гастролях со своими родителями, светлая им память обоим, и мне здесь было хорошо»), что настороженно относится к сцене казанской «Пирамиды» («Не знаю почему, она не очень лично мне удобная») и что считает своим долгом вспомнить старые хиты.

Зал пел вместе с Аллегровой «Я тучи разгоню руками», «Свадебные цветы», «Привет, Андрей!».

- Девчонки, надеюсь, большинство из вас нашли своего Андрея. Ну, или Сергея, неважно! - заявила Аллегрова. И вдруг расхохоталась: - Помню, была у нас поездка в США, и так там меня просили, так уж просили, что пришлось спеть не «Привет, Андрей!», а «Привет, еврей!»: привет, еврей, ну где ты был, ну обними меня скорей...

«А ВЫ СО СВОИМИ ЖЕНАМИ ПРИШЛИ?»

- Среди тех произведений, которые до сих пор живут, можно было бы собрать очень большую программу, - делилась со зрителями певица. - Я возьму на себя смелость этого не делать. Но я никогда не обхожу одну песню. В девяностом году на Новый год я взяла ее, как флаг в руки, и тоже подумала: или пан - или пропал. Это песня «Странник». Я ее считаю для себя особой. Я вам очень много лет пела «Странника», а сегодня хочу, чтобы «Странника» мне пели вы. Я обожаю этот момент. Готовы?

Зал дружно гаркнул «Да!» и запел очень громко и довольно стройно: «За тыщу верст холода да вьюга, нам не хватает с тобой друг друга, молчи, ничего не говори, я знаю сама...» Аллегрова стояла на авансцене и плакала.

- Браво вам! Браво! Спасибо! - благодарила потом расчувствовавшаяся певица. Но очень быстро пришла в себя и затараторила: - Обо мне столько сплетен ходит! Например, что я переехала жить в Италию. Или в Америку. А в Италии якобы открыла пекарню с кондитерской. Я вот думаю: здесь бы что-нибудь открыть на старости лет. Но времени нет! Хочу пояснить сразу и всем: жила, живу и буду жить в России!

После такого пылкого пояснения Аллегрова запела: «Потоскую в Тоскане, заморочусь в Марокко, мне от солнца чужого мало прока... Я помаюсь в Майами, я смешаюсь с Ла-Маншем. И скорее домой, и скорее домой: я ведь made in Russia!..

- Мужчины, а вы со своими женами пришли? - спросила потом певица и внимательно посмотрела в первые ряды партера. - Вот вы, вы. Вы со своей? Обнимитесь!

Для обнявшихся она исполнила относительно новую песню, где есть такие слова: «Рядом с тобой живет твой ангел, знает всего тебя с изнанки и на четыре хода смотрит вдаль. Счастье, взбираясь по карнизам, может с улыбкою Моны Лизы, как со стола, стереть твою печаль. Ей на шею украшенье ты повесь: медаль!..»

- Нескромный вопрос, но вынуждена его задать: меня можно назвать хорошим человеком? - спросила Аллегрова у зрителей.
- Да! - хором крикнул зал.
- Ирина! Вы лучшая! - напомнила о себе поклонница из бара.
- А ко мне на концерты ходят только хорошие люди, я уверена в этом, - заключила певица. И запела «Хороший человек» («Чтобы все было – и ничего за это не было, чтобы фартило всегда на грани небыли...»).
- Вот у меня знаковых, я считаю, две песни - «Странник» и «Я тебе не верю», - так Аллегрова начала свой рассказ о Григории Лепсе. - Впервые мы с Гришей Лепсом спели «Я тебе не верю» в 2007 году. Я безумно благодарна ему за то, что он мне дал в тот момент толчок к стилю музыки, о котором я мечтала всю свою творческую жизнь. Спасибо ему большое и за то, что в 2012 году он, когда услышал, что я вроде как собираюсь сворачиваться, глядя мне в глаза сказал: «Мать! Ты сошла с ума!» Потом я у него попросила разрешения спеть «Рюмку водки», а он сказал: «Пой сколько хочешь!» Это благодаря ему я осмелела, и в тот момент - начиная с того самого 2012 года - на меня начали сыпаться произведения, в которые я влюбилась и пою их теперь для вас. Написали их молодые авторы - поэт и композитор Константин Губин, композитор Иван Баграмов и потрясающая поэтесса Мария Еремина.

Аллегрова пела про любовь: «Зачем любовь свела меня с ума? Еще один аккорд и долгая зима. Скажи, зачем судьбой была ты нам дана? Подняться в небо и коснуться дна!»; «Я, кажется, просто схожу с ума. Боже, зачем мне нужна она? Любовь - жадная дура»; «Вымолю любовь ночью в полушепоте, да только вы мою любовь пальцами не трогайте, слухами не трогайте. Я прошу, не трогайте мою любовь!..»

- «Императрицу» хотим! - крикнули тут из зала.
- Ирина, вы лучшая! Вы императрица! - подхватила уже знакомая всем поклонница.
- У-у-у-у-уй! - издала странный звук другая девушка.
- Господи ты боже мой, сколько ж ты выпила? - строго спросила Аллегрова.
- У-у-у-у-уй! - снова заголосила девушка.
- Мне же обещали, что наливать там сегодня не будут, - заметно расстроилась певица. - Выведите ее, пожалуйста!

В зале зааплодировали. Аллегрова нахмурилась:

- Еще одно слово - и тысяча людей, к сожалению, лишатся того, что я хочу сейчас для них сделать. Могу я продолжать?

Наступила почти звенящая тишина. И Аллегрова продолжила:

- Жизнь прекрасна даже в те минуты, когда нам кажется, что все идет не так. Я поставила себе цель еще в молодости - научиться говорить с вами, моими зрителями, по душам. Чтобы наши души были открыты для общения друг с другом. А там, в душе, уж поверьте, не только шутки и веселье. И вот когда у вас на душе не очень хорошо, помните: что бы ни происходило, надо жить, любить и верить!

В подтверждение этих слов Ирина запела: «Надо жить и любить, и верить простым словам. Жить и любить - не впрок и не в пополам! Надо жить вопреки, до ноты судьбу играть, чтоб в последнюю осень, в миг, когда спросят, было бы что сказать!..»

Финальной песней концерта стал своеобразный гимн Ирины Аллегровой: «Есть моя семья, и остальное все - пыль, остальное все - бред, все наживное, все хлам. Есть моя семья, и через миллионы миль я вижу дома своего свет, я сердцем чувствую свой храм...»