Каждый четвертый хочет любить. Остальные - воевать

Марина ЮДКЕВИЧ
Каждый четвертый хочет любить. Остальные - воевать

Пикет «против войны с Украиной» на Кольце вчера вечером  начался с нападения на участников воинственного прохожего.

Он попытался вырвать из рук Нины Писановой (общественная организация «За сыновей!») листок бумаги с лозунгом «Не воюйте, а любите!», но Нина Витальевна листочек отбила, хоть и покоцанный в ходе боестолкновения. Тогда прохожий изложил десятку пикетчиков - сторонников невмешательства России во внутренние дела Украины, что они «…» (удалено в соответствии с законом о запрете нецензурных выражений в СМИ), что достаточно «двух чеченцев, чтобы их всех…» и что он прямо сейчас «позовет сюда молодежь», которая выполнит эту функцию за неимением чеченцев. Однако Марсель Шамсутдинов (татарстанское отделение РПР-Партии народной свободы), напротив, вызвал полицию и воинственный гражданин исчез в надвигающейся темноте.

Полиция прибыла полчаса спустя и осталась наблюдать за ходом событий с некоторым, как казалось, недоумением насчет того, кто все эти люди и чего они хотят. То есть, сами участники пикета охотно представлялись, а вот вступавшие с ними в разговор (либо в перепалку) избегали называть себя и часто ограничивались только бранью.

Доцент КФУ Искандер Ясавеев держал плакатик с требованием «вывести российские войска из Украины». На случай, если кому-то понадобится доказательство, что наши войска там есть, он прихватил с собой выпуск «Новой газеты» с материалом о замалчиваемой гибели псковских десантников.

- Все-таки кто там воюет, непонятно, - возражал (как мне показалось) вежливый молодой человек. - Если там российские войска, так объявите войну России! Ну, если агрессор пришел?..

- По-вашему, - переспрашиваю я, - если Украина не объявляет войну России, это доказательство, что агрессии нет?

- У меня вообще доказательств нет! - откликается он. - Я вот и подошел к людям узнать - может, они знают?..

-…Я с товарищем служил, - рассказывает Марселю Шамсутдинову крепкий мужчина средних лет, - он, до сих пор помню, любил говорить: «Тиха украинская ночь, но сало нужно перепрятать». Витька Нестеренко с Днепропетровской области… Сейчас связи с ним нет, месяца три… Он к Майдану относился… нейтрально. Политикой не интересовался. Сейчас, похоже, за Порошенко: ну как страну делить можно?!

- Я не могу понять вот это, - девушка с напряженным не по возрасту взглядом показывает на один из плакатов пикетчиков «Позор России». - Это административное нарушение как минимум, мы ведь живем в свободной стране! Я, между прочим, недавно отдыхала в Киеве. Понравился ли Киев? Ну конечно! Софийский собор, Крещатик… Мужчинам там очень нравятся татарки. А девушки меня хотели сдать в Приват-банк, чтобы получить 10 тысяч долларов! Вы ведь знаете, что там за каждого москаля - это те, у кого московская прописка, - дают 10 тысяч долларов? Девушки там стоят на Майдане… Это отвратительно смотреть! Ты ведь девочка, о жизни думай!

Дальше она, отведя меня от пикетчиков, уже как бы по секрету сообщает: «У меня дядя в ФСБ» и что «ФСБ две тысячи человек вывела на Майдан, чтобы сорвать выборы», и что она - сестра Чулпан Хаматовой…

«Люблю тебя, Украина!» - это листочек в руках Светланы Миникаевой. Она рассказывает, что была и на Майдане, и на улице Грушевского, когда там в январе «Беркут» по приказу Януковича давил митингующих:

- Я там не скрывала, что я из России. И никакого фашизма не видала. Да, у них есть националисты, но ведь и у нас есть националисты! И когда я приехала в Киев уже летом и ходила в майке с надписью «Россия», люди мне говорили: «Мы любим Россию, но мы презираем Путина. Мы просто скинули своего бандита - Януковича и хотим наладить свою жизнь. Мы хотим дружить с русскими, но зачем вы отобрали у нас Крым, зачем вы нас убиваете?!». Да-да, вот так они говорят… Поэтому я вышла вот с этим плакатом.

- Раз мы - Россия, то каждый из нас виноват, - говорит молодой мужчина в футболке цветов российского флага.

Явно не местный парень, очень взволнованный, все время ходит вокруг, прислушиваясь. На вопрос, кто он, отвечает: «Маньчжури». «Из Китая?» - уточняю я. Да, из Китая, студент КФУ. Радуется, услышав, что я когда-то, как и он сейчас, училась в университете на истфаке и сразу, забывая от волнения трудные русские слова, начинает объяснять, что его больше всего поразило.

- Никто тут не написал, что это против Путина, - он указывает на плакаты, - никто не говорит, что Путин плохой - просто против войны!.. Но те, кто их ругает, почему-то сразу думают, что они против Путина – почему?.. Я не знаю, в чем тут правда, но главное - чтобы больше никто не был убит! Знаете, я христианин, Богу не нравится война. И знаете еще что - я не спокоен за свою страну: у нас в Китае истинная информация о жизни собственной страны скрывается, это плохо. У вас еще можно вот так…

Он смотрит на пикетчиков, на тех, кто подошел с ними поговорить – в этот момент их как-то особенно много. И видно, вспомнив, что он историк, добавляет: «Пока еще можно». А потом неожиданно спрашивает: «А когда Путин закончит свое правление?». «Наверное, - предполагаю я, - когда сам решит». «Точно!», - смеется девушка, давно прислушивавшаяся к нашему разговору…

Завершение пикета вышло воинственным, как и начало. Несколько молодых людей, представившихся бывшими спецназовцами, настолько агрессивно требовали предъявить им доказательства присутствия в Украине российских военных – да не любые, а только те, которые они сами сочтут доказательствами (известную информацию о псковских десантниках они таковыми не признали) - что на защиту пикетчиков пришлось встать полиции.

«Процентов 25 прохожих нас поддержали, - прикинул Марсель Шамсутдинов. - Другие просто молчали или высказывались против нашей позиции». «Это на моей памяти первый пикет, когда прохожие так живо интересовались происходящим и вступали в общение», - оценил итоги акции Искандер Ясавеев. Организатор пикета - председатель татарстанского отделения Партии прогресса Эльвира Дмитриева тоже отметила: «Многие люди подходили, говорили: «Молодцы». Наверное, для тех, кто тоже против этой войны и растерян от того, что большинство вроде бы ее поддерживает, было важно понять, что они не одни такие…».

Фото Александра Герасимова