Михаил Делягин: «Осенью региональные элиты начнут людей на рельсы выкладывать»

Марина ЮДКЕВИЧ
Фотографии Александра ГЕРАСИМОВА

На вопрос, о чем его чаще всего спрашивают, директор Института проблем глобализации Михаил Делягин устало вздыхает: «Что будет с долларом»... И выдает ответ: «Рубль примерно до конца июля будет либо укрепляться, либо колебаться на одном месте. А осенью точно будет его ослабление».

В интервью «Вечерней Казани» известный экономист, который вчера провел в «Корстоне» семинар для предпринимателей, сделал и другие печальные прогнозы.

- Михаил Геннадьевич, ваша докторская в 1998 году была посвящена  «финансовому обеспечению экономической безопасности». А что вы сейчас считаете главной угрозой для экономической безопасности России?

- Самая большая опасность начала складываться еще в конце 1980-х, это машинка по разграблению советского наследства и его присвоению в качестве личного богатства. А воровство не бывает производительным.

- С тех пор у нас неоднократно менялась публичная идеология.

- Был либерализм, потом примаковский патриотизм, потом опять либерализм, теперь опять патриотизм…

- Хотя Владимир Путин от либерализма публично не отказывался.

- Либерализм сегодня - это убеждение в том, что государство должно служить глобальному бизнесу. Сейчас социально-экономическая политика такова, что Гайдар в гробу себе локти кусает от зависти: урезание социальной сферы, блокирование любого развития. Правда, в отличие от Гайдара много денег выделяют на военно-промышленный комплекс, но это вызвано и тем, что там норматив воровства почти в два раза выше.

- На днях главы компаний, контролируемых государством, были выведены из списка лиц, обязанных обнародовать свои доходы…

- Это очень забавно: если компания на 100 процентов государственная, то они должны отчитываться, а если на 99 процентов, то нет! Скажем честно, зарплата руководителя не может быть тайной: это не секрет производства, не организационная схема, не ноу-хау… Тут ссылки на «коммерческую тайну» - это ссылки в пользу бедных.

- Вернее, в пользу богатых.

- Ну да. На самом деле это стремление избежать социальной ненависти. Эти люди себе выплачивают безумные зарплаты вне должного государственного контроля, и если это предать огласке…

- Потому правительство решило этого не делать.

- А правительство у нас – Медведев.

- Ваше отношение к Дмитрию Медведеву в должности премьер-министра известно…

- У меня на сайте был опрос «Кем должен работать Дмитрий Анатольевич Медведев?». Варианты ответа «Замдекана юридического факультета Грозненского университета» и «Уборщицей» были преобладающими.

- Насчет качества госрешений в Татарстане. В этом году даже бюджетникам - основной опоре власти - отказали в гарантированной индексации зарплат, объясняя это кризисом. При этом миллиард рублей в Татарстане намерены пустить на реконструкцию парков и скверов…

- Это классическое неумение видеть картину в целом. Либералам положено резать социальные расходы… Да, это было федеральное решение. Но если в регионе есть желание поддержать социальную сферу, то появляются, например, «лужковские» надбавки к пенсии, которые до сих пор выплачиваются... Но экономика Татарстана все-таки достаточно сбалансированная.

- Когда в декабре 2014-го Путин объявил программу деофшоризации и амнистии капитала, Минниханов сказал, что Татарстан готов быть пилотным проектом. А эксперты отмечают, что такая амнистия противоречит принципам FATF - межправительственной организации, вырабатывающей стандарты по противодействию отмыванию преступных доходов и финансированию терроризма…

- Насчет FATF –  это все лирика, потому что в ряде стран есть программы похожие, и FATF не возмущался. Но что касается самой деофшоризации у нас – она крайне маловероятна, ведь то, от чего деньги бежали из России, здесь осталось: собственность не защищена, да еще и экономическая конъюнктура сильно ухудшилась.

- Вы известный нелюбитель либеральной оппозиции, однако готовы были выступить свидетелем защиты по «делу ЮКОСа», участвовали в работе «Другой России», публиковались на сайте «Путина в отставку»...

- Я с этим призывом даже выступал на первой Болотной! (Один из крупнейших митингов в Москве против нечестных выборов, прошел 10 декабря 2011 года. - «ВК») А потом Путин начал очень здорово меняться. Когда он избирался президентом, у него появилась новая риторика - это давало надежду, что он немножко повернется лицом к стране.

- Да, Болотная его напугала.

- Я был наивным человеком и попытался объяснить своим коллегам по протесту: может, это и просто пиар, но смотрите, вот он о прогрессивной шкале подоходного налога сказал (налог на роскошь – это ведь извращенная форма прогрессивного налога), упомянул о несправедливости приватизации, заговорил о необходимости развития… Потом появились майские указы, в том числе о повышении зарплат бюджетникам. Другое дело, что из этого сделали на практике. Эти указы стали исполняться с формулировкой «а деньги ищите как хотите». И часть регионов полезла в долги, а часть стала сокращать численность врачей и учителей, чтобы оставшиеся получили повышенную зарплату.

- Полуторную зарплату за двойную нагрузку.

- Совершенно верно. По этой причине мы имеем уже вторую голодовку на «скорой помощи» в Уфе, и все это будет усугубляться нынешней весной. А осенью региональные элиты начнут людей на рельсы выкладывать…

- Ну да, чтобы денег из центра подкинули. Какие, по-вашему, главные проблемы созреют к нынешней осени?

Михаил Делягин: «Осенью региональные элиты начнут людей на рельсы выкладывать»

- Во-первых, я не очень понимаю, за счет каких денег наше доблестное сельское хозяйство будет сеять и что, соответственно, они осенью будут убирать. Второе: мы очень сильно зависим от импорта, и его резкое удорожание из-за девальвации привело к тому, что часть импортных изделий (комплектующие, оборудование) стала недоступна - соответственно, будут усиливаться технические аварии. Третье: развитие заблокировано запретительно дорогими кредитами, соответственно, экономика будет медленно сыпаться дальше. Потенциальные кредитополучатели нынешними кредитными ставками напуганы до смерти, под такую ставку могут кредитоваться только валютные спекулянты и торговля. Соответственно – рост цен, они неприемлемо высоки для основной массы населения. А люди ведь еще будут терять работу. При этом они закредитованы: еще в 3-м квартале прошлого года, перед девальвацией, выплаты по кредитам составляли 21 процент дохода средней российской семьи!

- Следовательно, осенью, по вашему мнению, мы будем иметь уже не просто экономический кризис…

- Экономический кризис заметен уже сейчас, а тогда он будет переходить в социально-политическую плоскость. Уже весной могут быть крупные протесты. Но может быть, их и не будет, потому что либералы настолько вызывают отвращение, что люди не хотят защищать себя, если они при этом оказываются в одной компании с Ксюшей Собчак. Потому что когда вы кричите: «Мне нечего есть!», вы тем самым кричите, что Путин - плохой, а в этом случае вы оказываетесь в одной песочнице с Макаревичем, с Ксюшей Собчак… А понимание этого сильно удерживает людей от протеста. Я думал, что «крымской заморозки» хватит на год, сейчас я думаю, что наверное, ее хватит на два.

- А в чем феномен «крымской заморозки»?

- Государство в первый раз за жизнь целого поколения без принуждения сделало что-то, что люди считают правильным. И сейчас если даже людям нечего есть, у них есть ощущение: если я стану протестовать, то стану власовцем – я будут протестовать не против Путина, а против своей страны! Вот я говорю человеку: «У тебя зарплату срезали на 10 процентов, а цены выросли вдвое, почему ты не качаешь права?» - «Это что, выступать со всякими каспаровыми и немцовыми?! Нет, это значит выступать против сложившегося порядка» - «Но тебя этот порядок убивает!» - «Да, но иначе ведь будет как на Украине!»

- То есть это вы развернуто формулируете позицию «если не Путин, то кто»?

- Понятно, что и Путин-то не тянет, не справляется… При «проклятом товарище Сталине» в год строилось две тысячи заводов – у нас за последние 5 лет построено 280 заводов.

- Значит, Путин - неважная замена Сталину?

- Да, «песок - неважная замена овсу»… Поэтому протест все равно выхлестнется. Его пока сдерживает то, что никто не хочет Майдана…

- В 2005-м вы написали книгу о России после Путина. Сейчас как представляете это «после»?

- Она называется «Россия после Путина. Неизбежна ли в России «оранжево-зеленая» революция?»… Слава богу, с «оранжевой» не получится, с «зеленой» непонятно, но при жизни Путина ее точно не будет. А что будет? Если продолжится, как сейчас, то будет сильно хуже, чем на Украине.