Мы могли бы жить вечно. Если бы не радикалы

Айгуль ШАРАФИЕВА
Мы могли бы жить вечно. Если бы не радикалы

Любой человек может жить сто лет и  не удлинять при этом  старость,  отодвигая дату смерти, а продлевать молодость. Так считают ученые Санкт-Петербургского института биорегуляции и геронтологии, получившие за свои  разработки статус специального консультанта ООН.  Этим летом ученые института  намерены открыть в Казани геронтологическое направление Лиги здоровья нации,  а проще говоря, провести здесь  конференцию и  предложить местным врачам свои  методики и препараты.  

Новшеством в Казани уже заинтересовались. Только не косметологи, как можно было подумать, а врачи-реабилитологи. Ведь питерские геронтологи предлагают исцелять людей  от старости и болезней, "ремонтируя поломки" в их клетках. А "поломанные" клетки - это как раз то, с чем так трудно справиться детям, больным ДЦП, людям, перенесшим инсульт, чернобыльцам и просто рабочим, которые трудились на вредных производствах. Еще не все препараты, ремонтирующие клетки,  получили  статус лекарств. Однако их применение в Казани уже началось.  Группа родителей из Центра реабилитации детей с ограниченными возможностями "Солнечный", например,  полгода назад начала давать своим малышам  пептиды, которые обещают восстановление  функций головного мозга.  Педагог-реабилитолог Диляра Назырова утверждает, что самочувствие детей  улучшилось.

...Конечно, поначалу  ученые из  города на Неве просто искали ответ на вопрос, почему мы стареем и умираем и неужели это неизбежно.  Ведь в природе есть организмы, которые живут вечно. Например,  у побережья Атлантического океана, прицепившись ко дну,  сидит  губка  Scolymastra goubini. Ей ни много ни мало - 23 тысячи лет.  Сидит эта долгожительница, ничего не зная  не только о старости, но даже о болезнях. Почему? Потому что ее клетки, оказывается,  постоянно обновляются. Фактически губка остается вечно молодой и здоровой и может умереть  только от внешних причин: например, если ее съедят. А что мешает и клеткам человека так же  обновляться, оставляя кожу навеки молодой, без морщин, органы - здоровыми, без изменений, а ум - ясным,  без помутнений?  Питерцы говорят, что во всем виноваты свободные радикалы - неполноценные молекулы, лишенные одного электрона.

Эти хищники, стремясь  получить недостающий электрон, нападают  на "нормальные" клетки и ломают их. Где уж  телу  обновляться?  Оставшись без  электрона, клетки  теряют свое лицо, окисляются и сами  превращаются в свободные радикалы. Нападают на соседей,  ломают их.   
- Самые страшные изменения подобного рода происходят у людей, подвергшихся радиации, - объяснил корреспонденту "ВК" профессор медакадемии (ГИДУВ)  Василь Фаттахов. - Излучение проходит сквозь тело человека, оставляя "тоннель" из разрушенных клеток. В результате нарушаются все химические процессы. Поломанные клетки перерабатывают  питательные вещества. Но  в итоге дают не воду и углекислый газ, как положено,  а перекись водорода, кислоту, которая  просто сжигает людей изнутри.

Открывая в Казани реабилитационный центр МЧС в девяностые годы,  врачи очень хотели помочь таким больным.  Тем более что  помощь нужна была многим:  в центр приходили и чернобыльцы, и те, кому довелось работать в Семипалатинске, и солдаты из Тоцких лагерей.
- Эти ребята рассказывали страшные вещи, - вспоминает Фаттахов, -  как после ядерного взрыва их заставляли проходить на танках в зоне отчуждения.  Потом их исследовали, как подопытные объекты. Сначала нам казалось, что лечим мы их очень хорошо, и настроение было "ура-ура!".  А когда обзавелись кое-какой аппаратурой, то поняли, что решаем от силы треть проблем. Надо было искать что-то новое.
Вот параллельно с питерцами казанцы и стали искать. Оказалось, что лечить надо   повреждения в клетках.  Поворотной Василь Фаттахов  называет историю  с вертолетчиком-чернобыльцем.  Врачи из  родного города отрезали этому ликвидатору  омертвевшую со временем  ногу, пытаясь спасти вторую, мужчина пришел в центр. У врачей все получилось. Чернобылец  жив по сей день.

Конечно, свободные радикалы поражают людей не только в экстремальных ситуациях радиации. Люди предостаточно  получают их  из лекарств, от курения, стрессов, ультрафиолетового облучения и плохой экологии. "Десятки тысяч агрессивных молекул, загрязняющих окружающую среду, попадают в организм человека из воздуха, через еду или воду и тоже запускают процессы окисления", - говорит профессор Фаттахов.  Так что таблетки  от старости врачи уже сейчас готовы прописывать и как таблетки от плохой экологии.

Политики же  смотрят на геронтологию и геропротекторы  иначе. По прогнозу ООН,  через 40 лет в России будет жить всего 110  млн человек (вместо сегодняшних 142).  Почти половина из них к тому же будут стариками. Количество трудоспособных людей снизится по сравнению с сегодняшним днем в три раза, а это скажется на безопасности страны - вплоть до реального риска распада державы, предупреждают аналитики. "Поэтому мы и ведем речь не просто о продлении жизни, а еще и активной жизни, - сказал в одном из интервью директор  Санкт-Петербургского института  биорегуляции и геронтологии Владимир Хавинсон, - жизни, в которой человек дееспособен, трудоспособен и не в тягость обществу".

Проблема лишь в том, что,  когда в России не стало животноводства, исчезло и сырье для многообещающих  препаратов. Теперь у питерцев  одна  надежда -  на Данию: она готова поставлять питерцам вытяжки из желез животных.  Впрочем, в спину Хавинсону и его институту уже дышит другой эксперт по омоложению и вечной жизни.  Московский ученый Владимир Скулачев  утверждает, что изобрел препарат,   который уничтожает свободные радикалы прямо в сердце клетки - в ее митохондрии. В конце этого года ученый планирует начать испытания  снадобья на людях, и тогда, говорит, вопрос смерти каждый россиянин будет решать самостоятельно: кому-то хватит 400 лет, а кто-то найдет для себя занятие и в 800.