«Нам говорили, что в больницу мы привезли уже мертвого сына»: в Татарстане родители умершего в ЦРБ ребенка добились возбуждения уголовного дела

Дарья СУББОТИНА
«Нам говорили, что в больницу мы привезли уже мертвого сына»: в Татарстане родители умершего в ЦРБ ребенка добились возбуждения уголовного дела

Больше года понадобилось семье Васякиных из Алексеевского района, чтобы добиться возбуждения уголовного дела по факту смерти своего 3-летнего сына в райбольнице. По мнению родителей, малыша, у которого резко развились осложнения после ОРВИ, можно было спасти, если бы медики ЦРБ добросовестно выполняли свои обязанности.

Напомним, трагедия в семье Васякиных, проживающей в селе Лебедино, произошла 4 октября 2017 года. По словам отца умершего ребенка, Ивана Васякина, первые признаки болезни у сына Павлика появились днем раньше, а 4-го поднялась высокая температура, мальчик стал задыхаться. Фельдшер из сельского ФАП, увидев ребенка в критическом состоянии, вызвала скорую из ЦРБ и предложила родителям поехать ей навстречу.

- И мы поехали на своей машине, чтобы не терять время, - вспоминает Иван Васякин. - Жена села с ребенком на заднем сиденье, фельдшер — рядом со мной на переднем сиденье, хотя она должна была сидеть с ребенком и оказывать ему помощь! В итоге ни с какой скорой мы так и не встретились - когда доехали до ЦРБ, она просто стояла у приемного покоя и даже не думала никуда выезжать.


По словам Ивана, в Алексеевской ЦРБ не оказалось на рабочем месте дежурного врача, его пришлось ждать минут 20. В это время отец сам делал сыну искусственное дыхание. Прибывшие наконец медики ввели задыхающемуся мальчику атропин, подключили к аппарату искусственной вентиляции легких. А вскоре сообщили, что ребенок мертв, и упрекнули родителей, что они поздно его привезли.

- Если бы Пашу начали реанимировать раньше, еще в машине скорой, его можно было бы спасти, - уверен Иван Васякин. - Но скорая к нам не приехала, дежурного врача не оказалось на работе... А когда мы стали жаловаться на бездействие медиков и началось разбирательство, фельдшер вообще заявила, что Павлик умер еще у нас дома и она констатировала его смерть, просто не сказала нам об этом из этических соображений. Якобы в больницу мы привезли уже мертвого ребенка. Эту же версию подхватили и врачи Алексеевской ЦРБ. В итоге мы год добивались возбуждения уголовного дела и получали отказы.

Однако Васякиным удалось доказать, что, когда они приехали в Алексеевскую ЦРБ, Павлик был жив.

- Мы заказывали экспертизу в Ижевском государственном медуниверситете. Там пришли к выводу, что в момент введения ребенку атропина жизненные процессы в организме продолжались, так как атропин был обнаружен в печени и почках, а у мертвого человека кровотока нет и препарат не попал бы в органы, - рассказал «ВК» юрист Роберт Фазлеев, представляющий интересы родителей умершего ребенка. - Слова фельдшера, что мальчик был мертв еще до того, как его привезли в больницу, вообще не выдерживают критики. В таком случае зачем было устраивать спектакль - выполнять реанимационные мероприятия, тратить лекарства? Возможно, ребенка привезли в ЦРБ в пограничном состоянии клинической смерти, но оно обратимо при грамотной и своевременной помощи.

По словам Фазлеева, многочисленные отказы в возбуждении уголовного дела удалось отменить через Москву. В итоге 12 декабря в Чистопольском межрайонном отделе СУ СКР по РТ все-таки возбудили дело по ч. 2 ст. 109 УК РФ «Причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей».

Кроме того, семья Васякиных надеется взыскать с Алексеевской ЦРБ компенсацию морального вреда за смерть сына в размере 3 млн рублей.