Новому проекту камаловцев не хватает портрета Сталина

Айсылу КАДЫРОВА
Новому проекту камаловцев не хватает портрета Сталина

В репертуаре Камаловского театра появился спектакль, который зрители смотрят не сидя в креслах, как обычно, а на ходу. За час с небольшим они успевают обойти почти все закулисье и даже спуститься в подвал: необычная экскурсия знакомит с закрытыми для посторонних пространствами, в которых актеры разыгрывают сценки из истории татарского театра.

Придумали создать такое путешествие режиссер Фарит Бикчантаев и критик Нияз Игламов, написал для него сценарий драматург Рузаль Мухаметшин, а поставили режиссер Ильгиз Зайниев и художник Сергей Скоморохов. Любопытно, что в команду этих опытных постановщиков вошел и четверокурсник кафедры режиссуры и актерского мастерства Казанского института культуры Йусуф Бикчантаев. Сын главрежа Камаловского Фарита Бикчантаева Йусуф стал в новом проекте ассистентом режиссера, а также замечательно исполнил в одной из сценок роль композитора и пианиста Салиха Сайдашева.

Называется театральное путешествие несколько патетично - «Будить сердца людей...». Состоит из пролога, который играют в гардеробе («Театр начинается с вешалки»), девяти сценок и финала на большой сцене. К сожалению, этот проект не адаптирован для тех зрителей, что не владеют татарским языком. Либретто спектакля на русском языке, которое может получить перед началом любой желающий, не передает нюансов разыгрываемых на татарском языке уникальных - документальных историй. А беспроводных наушников с мобильной системой синхронного перевода у камаловцев еще нет.

Итак, пролог. Стайку зрителей (на каждое путешествие продают не больше двадцати билетов) приглашают в гардероб. Буквально через минуту свет гаснет, но испугаться никто не успевает: актер Ришат Ахмадуллин в строгом костюме городского татарина времен дореволюционной Казани (черные френч, брюки, туфли и даже тюбетейка) зажигает свечу и объясняет, что он будет попутчиком (Юлдаш) зрителей в этом необычном путешествии и толкователем событий, которые будут происходить на наших глазах.

От приветливого внимания Ахмадуллина не ускользает ни один зритель. Уже минуты через три начинаешь чувствовать симпатию к такому Юлдашу: подкупает его неагрессивная интонация и манера обращаться к группе добросердечным и поэтичным «дусларым-матурларым», что на русский язык можно перевести как «О, мои красивые друзья!».
Первая остановка в путешествии - 1906 год, кабинет цензоров (его оборудовали за стойкой зрительского гардероба). Зрители застают эпизод, в котором важные-преважные эксперты по всему на свете (Фанис Сафин и Айрат Арсланов) с удовольствием шлепают запретительные печати на письменные прошения татар выпускать собственные газеты, журналы и, конечно же, играть для публики на родном языке театральные спектакли. Потому что это - произвол и безобразие: сегодня дашь слабинку, разрешишь этим строптивым татарам бесовское развлечение - театр, а завтра что будет? Страшно даже представить!

Цензоры упиваются властью, блаженствуют от осознания мощи своих запретов. И вдруг... Кажется, они вот-вот хлопнутся в обморок, когда узнают, что татарам дал разрешение сыграть публичный спектакль в Казани сам генерал-губернатор!

Первый спектакль на татарском языке («Жалкое дитя» по пьесе турецкого автора Намика Кемаля) зрителям не показывают - Юлдаш ведет нас к панорамному окну в фойе. А там, за окном, на открытом балконе, нависающем над озером Кабан, машут руками, кричат и чуть ли не дерутся какие-то мужчины в старомодных пальто. Зрителям ничего не слышно: мы будто смотрим эпизод из немого фильма. Юлдаш объясняет, что перед нами - фрагмент неприятной истории, которая произошла в 1907 году среди актеров первой татарской театральной труппы «Сайяр» («Странствующая»). Конфликт интересов, в результате которого труппу покидает ее руководитель Ильяс Кудашев-Ашказарский.
На балконе эта неприятная сцена не заканчивается - горячие татарские парни, чудом не выломав стеклянную дверь, врываются в фойе и продолжают свой жаркий спор с киданием чемоданов в непосредственной близости от зрителей, которых не замечают в упор...

Единственная сценка в проекте «Будить сердца людей...», которую можно посмотреть сидя, а не стоя, разыгрывается в малом зале театра. Юлдаш предлагает нам сесть на последние - самые высокие ряды - и подглядеть за репетицией спектакля «Кровь» по драме Шиманского, которую в 1917 году режиссер Габдулла Кариев (Ильнур Закиров) проводил с молоденькой актрисой Захидой Ахмеровой (Айгуль Хайруллина). Это смешная для посторонних репетиция: режиссер учит робкую актрису давать звонкие пощечины пьяному мужу и падать без чувств.
Репетиция еще продолжается, когда Юлдаш уводит с нее зрителей и зловещим шепотом анонсирует, что буквально через несколько минут мы увидим Станиславского, Мейерхольда и Луначарского.

Юлдаш не обманул: Станиславский, Мейерхольд и Луначарский ждали нас в дальнем углу большой Камаловской сцены. Это были не актеры, изображающие этих знаменитых личностей, а распечатанные на картоне довольно больших размеров - в человеческий рост! - черно-белые фотографии этих людей. Какое они имели отношение к татарскому театру? Не такое уж и отдаленное: присутствовали в 1926 году на 20-летнем юбилее театра. Это было хорошее время. Счастливое.
Несчастливое зрителям театрального путешествия тоже показывают. В подвале под большой сценой в полутьме разыгрывается самая сильная картина спектакля - документальный эпизод из жизни режиссера и драматурга Карима Тинчурина. А именно - сцена его допроса и зверского избиения в подвале управления НКВД в 1938 году. Следователя-палача играет Олег Фазылзянов, интеллигентного Тинчурина - Фанис Зиганшин. Тинчурина обвиняют в шпионаже в пользу Японии, заставляют подписывать аналогичные ложные свидетельства про своих родных, друзей и коллег.
Смотреть эту жестокую сцену очень тяжело. Актеры разыгрывают ее за ограждением из панцирных сеток и металлических решеток - создается иллюзия, что мы находимся в тюрьме. Юлдаш уводит группу зрителей из этого страшного места, когда следователь начинает кричать на несдающегося Тинчурина пуще прежнего. Впервые за все путешествие никто от Юлдаша не отстает, все стараются быстрее покинуть этот ад. И мгновенно забыть. Но не тут-то было: затихающие с каждым нашим шагом крики палача и стоны Тинчурина прерываются оглушительным выстрелом, от которого вся наша группа вздрагивает.

Юлдаш потом объяснит, что великого Тинчурина расстреляли. Ни за что.

Пожалуй, в сцене допроса Карима Тинчурина - кульминационной в постановке - не хватало главного атрибута эпохи: портрета Сталина. Важно- демонстрировать лицо тирана в сценах преступлений, связанных с его именем. Особенно это важно сегодня, когда многие  пытаются доказать, что никакой Сталин не преступник, а напротив — эффективный менеджер...
По эмоциональному накалу эпизоду с расстрелом Тинчурина не уступает история из жизни актрисы Фатимы Ильской, которую Ляйсан Рахимова (Ильская) и Халима Искандерова (помощник режиссера) разыгрывают в зале для отдыха актеров, переоборудованном в грим-уборную. Эта история произошла в 1943 году: Ильская повторяла в антракте текст роли Катерины из «Грозы» Островского, когда к ней в гримерку доставили похоронку на сына. «Давайте отменим спектакль?» - предлагали окаменевшей от горя актрисе. «Нет. Я буду играть», - отвечала она...

Этот эпизод невозможно смотреть без слез. Особенную глубину сцене придает тот факт, что в ней занята Халима Искандерова - актриса, которую Фатима Ильская считала своей «театральной дочерью». Известно, что после смерти Ильской в ее квартире стала жить Искандерова. Это было завещание Ильской...
Самого себя играет в театральном путешествии Азгар Шакиров. Корифей Камаловского дает возле закулисного буфета интервью любопытной журналистке (Венера Шакирова) - рассказывает о своих встречах с такими легендами татарского театра, как Абжалилов, Уразиков, Халитов...

Студенту Казанского института культуры Ленару Юлдашеву выпала удача сыграть в этом путешествии режиссера Марселя Салимжанова. Но еще не великого, всем известного Салимжанова, а молодого, начинающего театральную карьеру. В основу этого юмористического эпизода легла документальная история про то, как зубры Камаловской сцены ни во что не ставили юного Салимжанова. И тогда мудрый Халиль Абжалилов, оставшись с молодым режиссером наедине, придумал: «На следующую репетицию я опоздаю, а ты сделай страшное лицо и начни на меня кричать. Ну, например: «Как вам не стыдно?! А еще народный артист Советского Союза! Что вы себе позволяете?!»...

Салимжанов долго не соглашался кричать на Абжалилова. Но потом они все же провернули эту «показательную порку», и наглых артистов как подменили: все стали с уважением относиться к молодому режиссеру.

В этом эпизоде (его показывают в бывшем кабинете Марселя Салимжанова) изумительно играет капризную примадонну Ильскую Фирая Акберова, безупречен в образе благородного интеллектуала Абжалилова Айдар Хафизов. Актеры салимжановской школы!

Заканчивается путешествие по Камаловскому театру и его истории на сцене большого зала: из динамиков, внахлест, звучат аудиозаписи знаменитых спектаклей, специальная машина сыплет с колосников хлопья снега, другая выпускает клубы белоснежного пара, раздвигается занавес... Ощущение волшебства, ни с чем не сравнимый запах кулис и понимание, что ты только что стал участником потрясающей экскурсии, реально кружат голову.

Справедливости ради стоит заметить, что театральный променад для зрителей первыми придумали не камаловцы. Законодателями жанра считаются британцы из группы PunchDrunk, которые в 2009 году представили спектакль-бродилку по мотивам шекспировского «Макбета» в старом здании Школы Линкольна (Бруклин, Нью-Йорк, США). Однако в России формат театрального путешествия начали осваивать раньше: в 2004 году во всех помещениях московской Школы драматического искусства разыгрывали спектакль по роману Джойса «Улисс», он длился 24 часа. Уже после появились спектакль-прогулка «Призраки театра» в Александринке, спектакль-экскурсия «Радио Таганка» в Театре на Таганке, бродилка «S.T.A.L.K.E.R.» в «Гоголь-центре»...

Фото Александра ГЕРАСИМОВА