"Облик Казани - это монументы, которые власть воздвигает самой себе"

Марина ЮДКЕВИЧ
"Облик Казани - это монументы, которые власть воздвигает самой себе"

"Занявшись городским планированием, я понял, что все связанное с этим - практически все! - это политика", - говорит Надир Киносьян. Он родился в Казани, здесь получил диплом архитектора, участвовал в разработке стратегии развития Казани до 2015 года. Сейчас выбирается в Казань разве что на неделю: Надир - доктор городского и регионального планирования Кардиффского университета (Великобритания), исследователь университета Тромсё (Норвегия), член Союза архитекторов РТ и Национального политологического общества США...


- Вы, я знаю, критикуете расширение границ Казани. Но как этого избежать при продолжающемся увеличении ее населения?

- Во-первых, заполнение существующих пустот внутри Казани, во-вторых, реконструкция территорий, занятых промышленными, складскими и транспортными объектами. Например, территории старого аэропорта и железнодорожного вокзала имеют огромный потенциал развития! Это западноевропейский принцип: новое строительство должно осуществляться на уже освоенных городом землях. Ведь там, как и у нас, в старых городах промышленные и складские территории находились в центральных городских районах...

- То есть заводы, склады, порты, построенные в старину на окраине, оказались глубоко внутри городов по мере их роста.

- И например, в Кардиффе основным местом современного развития города стали бывшие портовые территории, все строительство последние 20 - 30 лет идет там. В Лондоне основное строительство под нынешнюю Олимпиаду - Олимпийская деревня и новый стадион - тоже было проведено на бывших промышленных территориях района Стратфорд. А в лондонском Докланде складские здания были реконструированы и перестроены под новые функции: жилье, гостиницы, офисы. Или создание музеев на базе бывших промышленных объектов... Это важно в смысле создания интересного исторического образа территории.

Конечно, реконструкция - это дополнительная стоимость. Чтобы решить этот вопрос, нужны консорциумы инвесторов и девелоперов, нацеленные на комплексное освоение территории. А в Казани, к сожалению, озабочены сиюминутной прибылью, результат - город "режут" мелкими кусками и вбрасывают на рынок неполноценный продукт...

- А какой видится татарстанская политика в зеркале архитектуры Казани?

- По визуальному восприятию такие, например, проекты, как Казанский ипподром, мечеть Кул Шариф, Дворец земледельцев - они символизируют государство, которое обладает большими ресурсами и большой концентрированностью власти. Монументы, которые власть воздвигает самой себе! Это отражение представления власти о самой себе, о собственной сакральности, о собственной величине... Подобное можно увидеть в Ашхабаде, в Астане...

А другое отражение политики в казанском градостроительстве - разделение горожан, имущественное и социальное. Возникли территории, где люди, принадлежащие к определенному слою, проживают компактно. Для массы "населения" - Азино, а для состоятельных - "дворцовая набережная" у Кремля.

- Социальная сегрегация - обычное дело и в мировой практике...

- Не совсем так. В частности, в британской практике сейчас принято смешивать различные социальные группы в пределах одной территории. Так, в коммерческих проектах определенная доля жилья должна быть отдана под социальное жилье. Конечно, полностью избежать пространственной сегрегации бедных и богатых очень трудно: люди предпочитают жить в социально однородной среде - ради социального статуса, ради безопасности...

А вообще развитие города отражает существующую структуру управления. Через такие проекты, как тысячелетие Казани, Универсиада, городская власть завершила свою изоляцию от городского сообщества - избирателей; превратилась в некоего агента федеральной власти. Федеральный центр выделяет средства, городская власть, выполняя намерение центра осуществить какой-то проект, поручает бизнесу, каким-то образом с ней ассоциированному, это все построить... Вот эти группы довольны, но сами горожане вообще ни при чем! И на каком-то этапе происходит отделение власти от городского сообщества: сигнал перестает проникать "наверх". В этом опасность.

- Для кого?

- Для города. То есть он как-то развивается, приходят инвестиции, фирмы получают контракты... Но что выходит в результате? Ведь они вкладывают в довольно странные вещи! Например, в строительство футбольного стадиона на 45 тысяч человек (хотя вполне достаточный для самого города стадион уже есть); это, разумеется, требует огромной территории, специальных транспортных решений... Это порочный способ развития, потому что нет гарантий, что большие гранты будут продолжаться. Удастся ли поддерживать эти спортивные объекты в рабочем состоянии деньгами потребителей? Или будут требоваться постоянные бюджетные вливания? Если так, то средства на это надо будет отбирать у других бюджетополучателей...

- Скорее всего, так. Недавно The New York Times "ревизовала" объекты, специально построенные для недавних Олимпиад. В Афинах (Олимпиада-2004) пустует 21 стадион из 22. Стадион "Птичье гнездо" в Пекине (Олимпиада-2008) в основном пустует, а его поддержание в рабочем состоянии обходится в 10 млн долларов в год...

- Меня вообще удивляет характер городского планирования в Казани. Например, сначала концентрируют торговлю в моллах, потом обнаруживают, что все потянулись в эти несколько точек города на автомобилях и что, оказывается, есть проблема с дорогами... И мэр заявляет: ой, как хорошо, что нам дали Универсиаду- построим дороги! И дороги стали делать, но не там, где они необходимы по логике функционирования города, а к объектам этой самой Универсиады... Ну, это нормально?!

- Еще тенденция в Казани: у нас полюбили строить на месте зеленых зон. Горожане протестуют, но толку - чуть. Возникают ли такие проблемы в европейских городах, и если да, то как решаются?

- Это не специфическая проблема Казани, я думаю, что специфический тут способ ее решения. Здесь власть может идти по наиболее простому пути: если нужно, скажем, провести дорогу через зеленую зону, то это без колебаний делают. Поскольку мнение избирателей практически ни на что не влияет, то им легко пренебрегать. А в странах, где от мнения избирателей реально зависит, кто будет у власти, пренебрегать им гораздо труднее. Вот и все...

- Зато строить в Казани приглашают архитектурных "светил": Эгераата, Асебильо...

- У руководителей бывает несколько наивный подход: продвинуть свой город на международной арене с помощью каких-то больших имен. С одной стороны, конечно, нужно приветствовать привлечение новых фигур с новыми современными идеями и подходами к проектированию. Но тревожно то, что мэр может думать, будто проблема не в институциональной и политической структуре градостроительства, а в том, что местные архитекторы какие-то криворукие, а вот пригласим Асебильо, и будет нам счастье... В таком случае он видит проблему не в том, в чем она состоит.

- Иосиф Бродский как-то выразился в том смысле, что просвещенный абсолютизм более успешен в продвижении культуры, чем демократия...

- Ну да, демократический процесс часто сталкивается с невозможностью преодолеть сопротивление каких-то местных сообществ... А абсолютная власть может обеспечить относительно быстрое привлечение ресурсов и решение проблем... Но ведь нет гарантии, что она окажется просвещенной! В нашем случае, мне кажется, ей до просвещенности еще далеко.