Прошлое не выбирают...

ВК
Прошлое не выбирают...

10 декабря весь мир отмечает День прав человека. Дата была выбрана в честь принятия и провозглашения Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 года Всеобщей декларации прав человека (Universal Declaration of Human Rights, UDHR) - эпохального документа, в котором были провозглашены неотъемлемые права, присущие каждому человеку. Декларация включает в себя широкий перечень политических, гражданских, социальных, культурных и экономических прав, в том числе права на научный подход к изучению истории своей страны.

Когда-то всезнающий Альберт Эйнштейн заметил, что «самая большая глупость - это делать то же самое и надеяться на другой результат». Это в науке. А в политике этот опыт продолжает способствовать утверждению властных амбиций. Но как-то не хочется забывать, что у каждого есть право на собственное мнение, но не на собственные факты. Прошлое неизменяемо. Но его хотят изменить политики и историки, превратившие свою профессию в конъюнктурное ремесло. Понятно, что историческое знание ограниченно, а влияние правящих в стране политиков на выводы отдельных историков безгранично, и потому как наука история всё больше теряет к себе доверие.

В последнее время среди некоторых историков появилось безудержное желание представить прошлое в сослагательном наклонении и творить мечтательные выводы типа: если бы Пушкин был арестован вместе с декабристами в 1825 году на Сенатской площади Петербурга и попал в сибирскую ссылку, расцвел бы в тех условиях его талант? Хотя ясно, что тогда он точно бы не погиб от пули Дантеса. Конечно, сказочное желание оставить Пушкина в живых допустимо для фантастов, но не для исследователей. К фантастам относятся и приверженцы создания виртуальной истории, когда произошедшие события стараются объяснить мало чем аргументированной закономерностью развития общества. Известно, что человеческий ум ограничен, а глупость беспредельна. Как гласит французская пословица, человека отличает от животного стремление ко лжи и искусству.

Все государства как институты насилия насилуют историю, многие, в том числе и наши правители, делают это с восторгом, придумывая методы управления строптивой богиней Клио. Современные правители России не хотят отвечать за преступления против собственного народа большевистских властей. Но ведь сколько бы мы ни ругали, ни замалчивали свое прошлое, ни стремились как-то оправдать его, другого у нас нет. И, как писал афористичный Игорь Губерман:

Где лгут и себе, и друг другу,
И память не служит уму,
История ходит по кругу
Из крови - по грязи - во тьму.

Салтыков-Щедрин в свое время иронично замечал, что «всего натуральнее было бы постановить, что только те науки распространяют свет, кои способствуют выполнению начальственных предписаний». У нас как-то очень директивно и часто на короткое время назначают героев и злодеев нашей истории. Ни о каком свободомыслии не может быть и речи, если всем предписывают иметь одно мнение, да еще под угрозой наказания. Мне казалось, что у всех единая отрицательная точка зрения на организаторов и вдохновителей массового избиения невинных людей. Однако до сих пор продолжают ставить памятники Ивану Грозному и Иосифу Сталину. Как-то пугает, что есть люди и представители властей, готовые прощать всё, даже издевательства над собой. Анна Ахматова с горечью писала, как она в 1930-е годы делала всё, чтобы спасти арестованного сына, в будущем известного историка Льва Гумилева.

Так не зря мы вместе бедовали,
Даже без надежды раз вздохнуть.
Присягнули - проголосовали
И спокойно продолжали путь.

Не за то, что чистой я осталась,
Словно перед образом свеча,
Вместе с ними я в ногах валялась
У кровавой куклы палача.

Нет, и не под чуждым небосводом,
И не под защитой чуждых крыл -
Я была тогда с моим народом
Там, где мой народ, к несчастью, был.

Возвращаясь к опыту прошлого, к его насильственным и жестоким методам удержания власти, нельзя забывать и слова Карла Маркса, высказанные им в работе «Восемнадцатое брюмера Луи Наполеона»: «Гегель замечает где-то, что все великие всемирно-исторические события и личности, так сказать, появляются дважды. Он забыл прибавить: первый раз - как трагедия, второй раз - как фарс». У нас обычно это проявляется в виде кровавого, очень опасного для людей фарса. Прошлое нельзя забывать, но одним прошлым невозможно дальше жить и творить. Большевизм остался в головах людей, потому что обещал светлое и справедливое будущее, которое оказалось утопией, но в начале эта идея привлекала народ.

В мае 2009 года указом высшего руководства страны вдруг создали комиссию по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России. Многие профессиональные историки восприняли создание такой комиссии отрицательно. Они справедливо полагали, что согласно решениям этой комиссии искажать исторические события во «благо» руководству, отождествляющему себя со страной, можно, а писать о преступной деятельности Сталина, неожиданно в учебниках для учителей провозглашенного «эффективным менеджером», не дозволено. Всё это напоминало приписываемое Наполеону определение истории «как басни, в которую договорились поверить». Вскоре эта комиссия была упразднена. Было ясно, что если чиновники начинают руководить наукой, она перестает быть таковой.

Вместо комиссии было решено создать единое сообщество историков. Ответом на это бюрократическое новшество стало создание Вольного исторического общества.

Но и оно на своей конференции почему-то решило ответить на вопрос: «Какое прошлое нужно российскому будущему?» Вопрос явно некорректен. Выбирать из неизменного прошлого то, что нужно сегодняшним или завтрашним правящим политикам, нельзя. Изучать необходимо всё, ничего не вычеркивая, и все доступные документы подвергать тщательному источниковедческому анализу. А поставленный вопрос явно ограничивает круг исследований. Ныне ясно, что зловещий диктаторский режим, установившийся в ряде стран в XX веке, означал тупиковый и кровавый путь общественного развития. Неограниченная власть обычно приводит к страшным последствиям для населения стран, где такое существует. Как гласит библейская притча: всё, что сделано по благородной страсти, - простится, по гнусному расчету - никогда. Надо, чтобы правителя уважали, а не боялись. Прошлое не может нам подсказать, что мы должны делать, но оно предупреждает, чего делать не надо. Когда-то большевистский функционер Карл Радек шутил о невозможности вести научную дискуссию со Сталиным: «Ты ему сноску, а он тебе ссылку». Следует иметь в виду, что все законы в диктаторском государстве направлены не на выяснение истины, а на укрепление правящего режима. История прекращает быть наукой, как только становится частью официальной идеологии. Нельзя допустить, чтобы преступные «законы» прошлого стали безумием настоящего. Нужно, чтобы с таким прошлым произошел радикальный разрыв, чтобы вновь не появился ГУЛАГ с его государственным рабовладением, чтобы людей не призывали восхищаться «красотой ужасов». Государство - аппарат насилия везде, но степень этого насилия разная. Когда власть ради своего сохранения поощряет и поощряет принуждение, начинается безжалостное взаимоистребление. Но ведь жестокостью историческую истину не установишь.

Придуманное прошлое утешает. Когда кончается надежда, начинается мечта об идеале. Отсюда у одних - ностальгия по Сталину и его режиму, особенно у людей, которые благополучно его прожили, а теперь оказались в растерянности перед непонятным для них настоящим и будущим. У других появляются протестные настроения против властей, третьи, и их большинство, перестают интересоваться политикой и заняты тем, чтобы выжить в существующей обстановке.

А бюрократы от власти продолжают наступление на историков, ищущих в прошлом истину. В 2015 году один из депутатов Государственной думы выступил с предложением об уголовной наказуемости за «клевету о государстве», которая угрожает его репутации. Речь шла, по сути, о запрете изучения такой животрепещущей темы, как преступные действия большевистского руководства в советское время, и других тем, не украшающих исторический авторитет страны. Этот призыв был возвращением к антидиссидентским законам недавнего прошлого, когда еще в 1988 году людей судили за «распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй». С распадом СССР и лишением КПСС руководящей роли в обществе подобные законы были отменены, и сейчас нам снова грозят их возвращением. Историки не судьи, они изучают прошлое таким, каким оно было. Любое исследование невозможно без сомнений, а вера во что-то их исключает. Убежден, что любой авторитет следует рассматривать как фактор, задерживающий развитие науки. Наверное, нужно помнить, что первым дезинформатором был змий, внушивший Еве безопасность вкушения запретного плода.

Можно лишь сожалеть о том, что прошлое страны продолжает оставаться «холодным полем гражданской войны», конца которой при нынешнем засилье бюрократов и коррупционеров, силовиков у власти не видно.

Алексей ЛИТВИН, историк.