Пыточный скандал в Татарстане: «Били прямо в суде»

Марина ЮДКЕВИЧ
Пыточный скандал в Татарстане: «Били прямо в суде»

Видео, на котором трое заключенных рассказывают о пытках, которым их, еще несовершеннолетних, подвергали в изоляторе временного содержания УВД Нижнекамска и даже в здании нижнекамского суда, опубликовала в Интернете Общественная наблюдательная комиссия Татарстана. Вчера члены ОНК обратились к прокурору РТ Илдусу Нафикову с просьбой проверить эти факты.
  
«ВКЛЮЧАЛИ МУЗЫКУ, ЧТОБЫ НЕ БЫЛО СЛЫШНО КРИКОВ, И ИЗБИВАЛИ»

«Если люди решаются на такое - это уже край», - оценил эти открытые заявления заключенных и то, что они решились их опубликовать, член ОНК Николай Архипов. Он рассказал «Вечерней Казани», что 1 октября вместе с зампредседателя ОНК РТ Эльмирой Игнатьевой посетил ИВС УМВД РФ по Нижнекамску (ОНК - орган, обеспечивающий по федеральному законодательству общественный контроль за соблюдением прав человека в местах принудительного содержания).  Причиной поездки стали обращения родственников содержащихся там обвиняемых. Речь идет, пояснил г-н Архипов, о заключенных следственного изолятора (СИЗО), которых доставляют в изолятор временного содержания (ИВС) для проведения каких-либо следственных действий.


- Заходили в камеру, включали музыку, чтобы не было слышно криков, и избивали. Лично со мной происходили такие избиения неоднократно. Ездили на суды - избивали в накопителе (помещение в здании суда, куда обвиняемых доставляют до начала процесса. - «ВК»). Так при мне избивали малолетку. Неоднократно ребята наносили себе порезы на руках, зашивали рты, писали жалобы, но жалобы дальше ИВС не уходили. Прошу, кто может, помочь, чтобы дальше такого не происходило, - говорит на видео Арнольд Миллер, заключенный ИК-4 под Нижнекамском, содержавшийся в ИВС УВД Нижнекамска в разные месяцы 2015-го.

- В нижнекамском ИВС били, пацаны там вскрывались (резали вены. - «ВК»), кто-то вообще зашивался (зашивал рот.  - «ВК»). Там меня избивали, не пропускали дачки (передачи. - «ВК»), которые мать привозила. Били меня и прямо в суде, в «стакане» (помещение, размеры которого позволяют в нем только стоять или сидеть. - «ВК»), где я находился, когда меня осудили. Был я на тот момент несовершеннолетним, мне было 17 лет, - рассказывает Евгений Лисин, также заключенный ИК-4, которого возили в нижнекамский ИВС в 2015 и 2016 годах.

- Там избивали нас, когда я был еще несовершеннолетним. Там жить вообще нельзя: матрацев нам не давали, на деревяшках спали, в боксах нас держали стоя по 4 - 5 часов, руки нам заламывали, побои не снимали, жалобы мы отправляли, но никто никаких мер не принимал, помощи не оказал. Доходило до того, что арестованные зашивались, вскрывали себе руки, чтобы их не били. Что положено - передачи, прогулки, - по месяцам не было, - говорит заключенный той же колонии Роберт Шарифуллин, содержавшийся в ИВС в августе 2015-го...

 «А ТЕПЕРЬ СНИМАЙ ТРУСЫ!»

Избиения в ИВС Нижнекамска сопровождаются унижением: заключенных заставляют полностью обнажаться, добавляет Николай Архипов по рассказам других заключенных: «Например, после досмотра говорят: «А теперь снимай трусы!»... 

На вопрос «ВК», отчего издевательства правоохранителей так специфически сексуально акцентуированы, Архипов переспрашивает: «А почему в «Дальнем» использовали бутылку из-под шампанского известным образом? Это отсылка к воровским понятиям, согласно которым после такой процедуры ты уже «не мужик» и готовься, что в дальнейшем к тебе так и будут относиться... Но вот, скажем, на зоне сотрудники, применив такие методы, скорее всего, не смогут дальше работать - зона может подняться: там коллективная ответственность, зато возможна и коллективная поддержка. А в ИВС каждый одинок, поддержки ждать не от кого».

Как хрестоматийный пример того, что даже неизбежные человеческие действия система уголовного наказания трансформирует в повод для превращения заключенного в социально отверженного по тем же сексуальным мотивам, правозащитники вспоминают обычай, практиковавшийся в СИЗО-4 в Чистополе.

- Еще относительно недавно этот СИЗО считался пыточным, - вспоминает Николай Архипов. - Например, там человека отправляют в карцер, где для приема пищи дают тарелку - он ею и пользуется... А когда потом приходит на зону, на зоне спрашивают: в карцере ел из тарелки? Все, ты - человек с пониженным статусом, «опущенный»! Ведь на зоне знают, что в этом СИЗО в карцере всем давали тарелку, которой прежде пользовался «опущенный»... Если же в СИЗО человека успевали об этом предупредить перед помещением в карцер, то он все 15 суток вынужден был питаться только хлебом, ведь свою посуду туда проносить нельзя.

Эксперт Общественной палаты РТ Владимир Рубашный - кстати, подполковник внутренней службы в отставке, экс-начальник психологической службы УФСИН по РТ - замечает: физическое давление и пытки подозреваемых и обвиняемых, сколь странными на взгляд обычного человека ни выглядели бы сами способы такого воздействия, «никогда не бывают беспричинными»:  

- Причиной может быть как болезненное состояние психики сотрудников, так и их стремление подавить волю обвиняемого на время следственных действий. А бывает, исполнения режима добиваются  такими вот методами... Но главные персонажи, о давлении со стороны которых обычно говорят содержащиеся в ИВС, - «лица в штатском». Они не представляются, не показывают удостоверений - словом, неизвестные люди, о личностях и служебной принадлежности которых можно только гадать, но они ведут разговоры по существу уголовного дела и избивают, добиваясь признания вины. Содержащиеся в ИВС считают, что это сотрудники уголовного розыска.
    
«СЕЙЧАС ВЕДЬ НЕ 90-Е!»

Профессиональный психолог Владимир Рубашный отмечает, что членовредительство заключенных всегда следует рассматривать как акт протеста в условиях, когда обычные жалобы не приносят результата.

- В ИВС в Нижнекамске члены ОНК бывали с проверкой уже не раз, - говорит он. - Когда при такой проверке присутствовал прокурор Нижнекамской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, содержащиеся в ИВС спросили: «А вы кто? Мы вас в первый раз видим». А ведь это к нему, по идее, должны были поступать их жалобы! Что касается нынешних заявлений заключенных об избиениях прямо в здании суда - в накопителе, куда обвиняемых доставляют перед началом процесса, так это место, куда ОНК  даже и попасть не может с проверкой!

Зампредседателя ОНК РТ Эльмира Игнатьева сообщила «Вечерней Казани», что обращение по итогам поездки правозащитников в нижнекамский ИВС с приложением видеозаписи вчера было отправлено прокурору Татарстана.

Тем временем в МВД по РТ заявляют, что не верят в правдивость обвинений со стороны бывших постояльцев ИВС УВД Нижнекамска.

- В МВД от них жалоб не поступало, - сообщила «Вечерней Казани» начальник отдела информации и общественных связей МВД по РТ Ирина Нижельская. - Все эти люди во время пребывания в ИВС неоднократно вывозились на следственные действия или в суд, причем в сопровождении адвоката... Значит, имели возможность жаловаться - почему же молчали? И насчет «зашитых ртов» и «вскрытых вен» - это ложь, этого просто не может быть. Ну сейчас ведь не 90-е, все случаи физических повреждений граждан, находящихся под стражей, фиксируются! К ним немедленно вызывают медиков, по каждому такому факту проводится служебная проверка...

Однако правозащитники считают вполне объяснимым то, что пожаловаться на прежние избиения в полицейском ИВС все трое заявителей решились, лишь будучи уже заключенными колонии: там у них меньше оснований бояться репрессий за свои заявления. Ведь колонии подведомственны Федеральной службе исполнения наказаний, а ИВС - вотчина МВД, так что есть надежда, что сотрудники одной структуры мстить за обиду, нанесенную другой, не станут.

Примечательно, что и разрешение записать это видео с громкими разоблачениями было дано сотрудниками ИК-4 лишь после заверения членов ОНК, что в нем не будет речи о колонии...