Розалия Нургалеева: "Назад пути нет, ребята..."

Айсылу КАДЫРОВА
Фото Александра Герасимова

Четыре года прошли впустую..." - так назывался материал "ВК" о несогласии правления Союза художников РТ с решением о передаче Выставочного зала и двух зданий Художественного фонда в ведение Государственного музея изобразительных искусств РТ. "Ребятам надо думать, как с нами жить, а не как с нами бороться", - говорит по этому поводу Розалия Нургалеева, директор Музея изобразительных искусств РТ.

Корреспондент "ВК" встретилась вчера с г-жой Нургалеевой и выслушала ее точку зрения.

- В своих письмах президенту и министру культуры Татарстана художники жалуются, что у них отобрали помещения. Это иначе называется: их подобрали, - начала разговор Розалия Миргалимовна. - Начнем с Выставочного зала. Слава богу, живы все, кто видел, как этот зал работал в девяностые годы. Огромная площадь была там отведена под мебельный магазин. Нашему музею здание Выставочного зала передали в 2009 году, так мы только через год избавились от этого магазина. Там все права были даны торговцам. Не художникам, нет! Про выставки тех лет если говорить, то многие помнят: там с завидной регулярностью проводились выставки-продажи - белья, чистящих средств... Ярмарки там были бесконечные.

Мы получили Выставочный зал в ужасном состоянии: только полы вычищали месяц, из подвала вывезли мусора - 13 "КамАЗов"! Я уж не говорю про разбитые унитазы... Косметический ремонт зала мы осилили, теперь будем ремонтировать крышу, которая годами там протекала... Я недоумеваю: как старым хозяевам Выставочного зала можно было умудриться так бестолково содержать здание, но писать потом в письмах, что Выставочный зал функционировал успешно?

Пишущие письма почему-то не вспоминают, сколько в год музей делает выставок местных художников. Более сорока! Ни один музей России такое количество местных художников не выставляет. И привозные выставки у нас были, есть и будут. Когда в 2006 году я стала директором, музей привык готовить в год всего 15 выставок. Теперь у нас - 115 - 120 выставок в год...

Сейчас мы получили в ведение два помещения Художественного фонда. Так то же самое там, как в свое время было с Выставочным залом: горы мусора выгребать и выгребать. Это миф, что все в Худфонде было великолепно, что они искусственно стали банкротами. Почему же тогда почти все оборудование распродано? Нет "столярки", керамических печей, офортных станков. Люди там жили по принципу "продать, что можно, но еще немножко пожить на этой площади". Стратегически это неправильный принцип. Кстати, в свое время я работала в Худфонде, но в 1989 году ушла из-за невыносимой обстановки: люди не знали, что не надо пить на рабочем месте, что соблюдать чистоту нужно и в туалетах тоже...

Я считаю, что государство, отдавая в ведение музея здания Художественного фонда, не отбирает их у художников. Наоборот, оно таким образом сохраняет для них эти помещения. Передо мной сейчас поставлена задача, вопрос: что можно сделать из этих помещений? Они изначально были построены как комплекс. Комплекс творческих помещений и надо воссоздавать. Чтобы там и художники работали в своих мастерских, и кафе чтобы там были, и бутики с продукцией местных мастеров, и культурный центр...

Республика отдала эти помещения нам, музею, потому что мы показали, что мы хорошие хозяйственники. Это действительно так! Вот заработали сейчас на фестивале "Джаз в усадьбе Сандецкого" - сразу заключили договор на охрану помещений, на уборку... Много денег музею не дают, и мы постоянно стараемся заработать самостоятельно. На выставке Шишкина, которую готовим сейчас, обязательно должны заработать - на установку системы климат-контроль, новую подвесную систему... Хочу подчеркнуть, что считать меня исключительно хозяйственником - неправильно. В музее я отвечаю за все, включая, конечно же, выставки...

Я не понимаю художников, недовольных решением о передаче Выставочного зала и двух зданий Художественного фонда в ведение музея. У них нет ни концепции развития этих зданий, ни лада даже между собой... Вместо того чтобы выражать недовольство, жаловаться, давайте сядем за стол переговоров, давайте стратегически решим, что мы будем теперь вместе делать. Музей - создающая, а не разрушающая организация, я - мирный человек. Назад пути нет, ребята...