Русский праздник: если и не родной, то симпатичный

Марина ЮДКЕВИЧ
Фото Александра ГЕРАСИМОВА.

Официозное "праздничное мероприятие" или факт национальной живой культуры? Ответ на этот вопрос о природе фестиваля русского фольклора "Каравон" завтра снова будут искать в селе Русское Никольское, где в 11 часов стартует 20-й "Каравон".

А вчера мы искали его с председателем Общества русской культуры Казани, инициатором, организатором и участником первых фестивалей Михаилом Щегловым.

- Как возник нынешний "Каравон"?

- Эта традиция существовала в этом селе как минимум 300 лет. Хотя истоки обряда - еще в язычестве, сам праздник в Русском Никольском был неразрывно связан с православием. На "Николин день" (день памяти святителя Николая Чудотворца, 22 мая по современному стилю) все жители села с утра шли в церковь на литургию и молебен покровителю села, крестьян и, как считалось на Руси, всего русского люда. После начиналась щедрая трапеза, а потом уже народные гуляния, во время которых и игрался хоровод-каравон.

В советское время престольный праздник был под запретом. Возрождать его начали в конце 80-х сами деревенские. Когда в 1992-м мы - руководители и актив Общества русской культуры Казани - попали туда... Меня лично это действо - их хороводная  "Как по морю синему..." - прожгла просто: вот они, наши корни! Мы сообща решили, что надо делать на базе всего этого фестиваль. Как музей под открытым небом, но живой. 

- Если как музей, то, вероятно, одной из задач является сохранение аутентичности действа?

- Конечно, мы боремся за это. Чтобы участники фестиваля не выходили на площадку с намазанными свеклой щеками, в кокошниках из клуба и с песнями из печатного сборника, а пели бы подлинные песни из своего села... Фольклористов, которые в этом понимают, в начале 90-х было в республике всего пара человек, потом "Каравон" стал, можно сказать, настоящим движением, на котором выросли новые фольклористы. Есть казанский Центр русского фольклора, есть ансамбль "Коляда" и другие достойные коллективы, есть студенты, которые ездят по деревням и записывают песни за бабушками, сами учатся их петь... Конечно, можно просто взять фольклорный сборник, но исполнители, воспринявшие народную традицию прямо от ее носителей, ценятся выше.

В 1993 году, помню, праздник начался с литургии, которую протоиерей  и диакон из Никольского кафедрального собора Казани провели прямо в фойе Дома культуры: храм в селе тогда стоял полуразрушенный. Потом освятили список с иконы Николая Чудотворца, выполненный местной жительницей. А после народ двинулся играть каравон на окраину села.

- В 2003 году "Каравон" получил статус республиканского праздника...

- Да, это было решение первого президента Татарстана Минтимера Шаймиева. До этого мы много раз ему писали: у татар есть государственный праздник - Сабантуй, а что у русских?! И наконец нам сказали: хотите русский Сабантуй - пожалуйста!

- Это была шутка, да?

- Ну да, хотя со временем в ней, пожалуй, оказалась лишь доля шутки... Тогда у этого решения виделись важные плюсы. Впервые  русский праздник на таком уровне поддержали, и с трибуны фестиваля "Каравон" из уст первых лиц республики впервые  прозвучали слова о "великой русской культуре и великом русском народе"... Это было очень необычно. И это, я уверен, послужило укреплению межнационального баланса. Вначале люди просто не знали об этом празднике, спрашивали: "Каравон? Это как караван, что ли?". Мы хотели большей популяризации, но понимали: чем больше народа, тем больше людей, приходящих просто с желанием "Ну, развлекайте меня!", а ведь смысл  народного праздника в том, что на нем каждый - не зевака, а участник.

- Что, предчувствия не обманули?

- Фрагменты аутентичности праздника есть и сейчас, это и настоящие фольклорные коллективы, и активная молодежь. Но чиновничья заорганизованность... У нас ведь везде командуют  чиновники, вот и здесь так. Самый яркий пример: несколько лет назад площадка "Каравона" была уже определена, но Шаймиев махнул рукой в поля: "Вот же отличное место!". Издалека - красиво, зелено, а в процессе подготовки посыпали песком, и по этой пылище пришлось тащиться туда по жаре... Люди заворачивали в село, в храм, а милиционеры их просили вернуться на площадку - массовость обеспечивать. Когда праздник у нас становится государственным, то в нем первичным становится протокол: президент приехал - все туда, президент уехал - все рассосались! После затяжного концерта в центре села с участием главного гостя (в этом году, например, на праздник собирается Рустам Минниханов) все так устают, что после его отъезда до хороводной поляны доходит едва ли десятая часть гостей и участников праздника.

- На форумах после очередного фестиваля приходилось читать: "Каравон" становится "ненастоящим"...

- Власти, далекие от этой культуры, стараются на фестиваль больше клубной самодеятельности нагнать. На "Каравоне" появились торговые павильоны, шашлычные,  пони и верблюды, узбекский цирк, куклы-"инопланетяне"… Ну так они понимают народный праздник. Эта суррогатность, понятно, вызывает отторжение у тех, кто тянется к подлинной народной культуре.

Есть и другие, деликатные проблемы. Вот подвижники русского фольклорного движения Захар и Анастасия Заволокины - их "Играй, гармонь" заслуженно имеет массу поклонников, и они с 2003 года тоже  участвуют в "Каравоне"... Но выглядит это так, как любая съемка для телевидения: "Так, внимание, запись! А теперь снова!". Понятно, что у них задача - сделать свою передачу, у властей - чтобы таким образом   по федеральному телевидению еще раз показали Татарстан... Но у "Каравона"-то задача несколько иная, здесь важно общее, совместное действие.  

- Каким вы видите будущее "Каравона"?

- Будем все же пытаться сохранить подлинность, народность этого праздника. Я думаю, это и есть способ привлечь к нему самых разных людей. И если не каждому из них "русскость" "Каравона" будет родная, то пусть каждому она будет интересной, симпатичной.