Защитник «Рубина» Эмиль Бергстрем: «В какой-то момент я выбирал между футболом и пением»

Сергей КОЗИН
Защитник «Рубина» Эмиль Бергстрем: «В какой-то момент я выбирал между футболом и пением»

Из пары защитников, пополнивших «Рубин» зимой, шансы стать напарником Соломона Кверквелии в центре обороны изначально были выше у 26-летнего украинца Андрея Пилявского. Но его неожиданно обошел 22-летний швед Эмиль Бергстрем.  Рослому скандинаву с обаятельной улыбкой удалось очень быстро освоиться на новом месте и завоевать симпатии казанских болельщиков. Бергстрем не стал затягивать и с первым голом, который принес «Рубину» победу над «Уралом». Взяв 13-й номер, швед словно продекларировал, что свободен от предрассудков.

- Эмиль, был готов к тому, что сразу попадешь в основной состав? - поинтересовался у шведского защитника корреспондент «Вечерней Казани».

- Понимал, что могу первые матчи провести и на скамейке, но был готов сыграть на 100 процентов. Получилось, что выпал шанс сразу выйти на поле.

- В дебютном матче тебе пришлось сыграть на непрофильной позиции, на левом фланге обороны...

- Таково было решение тренера. Если нужно, я и в нападении готов сыграть. Но вообще-то, когда только начинал в «Юргордене», в 17 - 18 лет, меня задействовали и на позиции правого, и левого защитника, и даже в центре полузащиты, хотя, как правило, в Швеции место в центре обороны доверяют более опытным игрокам.



- По габаритам ты идеально подходишь для хоккея, а играешь в футбол.

- Меня с моим телосложением и впрямь часто принимают за хоккеиста при первой встрече. Но в Швеции все-таки спорт №1 — это футбол, а хоккей - №2.

- Большой спорт в Швеции не единственный способ устроить жизнь. Почему ты выбрал именно карьеру спортсмена?

- Мой отец - учитель физкультуры, в детстве я активно занимался всеми видами спорта, которые входят в школьную программу: баскетболом, бенди, футболом. Но родители всегда говорили мне, что спорт не единственное, чем я должен заниматься. Что в любой момент могу оказаться не у дел, получив травму, поэтому мне необходимо уметь делать что-то еще. Я закончил университет по специальности «экономика». Два года совмещал учебу и профессиональный футбол. А еще я серьезно занимался вокалом. В какой-то момент передо мной даже стоял выбор — футбол или пение (Эмиль продемонстрировал корреспонденту «ВК» весьма неплохие вокальные данные, напев нечто блюзовое). От мамы у меня любовь к поп-музыке: ABBA и пр., от папы — к легкому року.

- Россия не самый очевидный выбор для продолжения карьеры футболиста. Чем он обусловлен?

- В России успешно выступали и выступают шведские игроки: Эльм и Вернблум в ЦСКА, Гранквист в «Краснодаре», Чельстрем в «Спартаке». Гранквист сейчас играет за сборную. Россия — хорошая стартовая площадка для карьеры футболиста. По сравнению со Швецией это уж точно шаг наверх.

- Футбол в России отличается от шведского?

- В России выше скорости, игра более интенсивная. Форварды здесь прессингуют куда сильнее. Защитникам приходится больше перемещаться по полю, чаще выдвигаться вперед — ближе к центральной линии. В Швеции мы используем зонный принцип защиты, а здесь индивидуальный: ты должен перемещаться за своим оппонентом.


- В «Рубине» ты уже открыл счет забитым мячам. А какова твоя «голевая норма»?

- В каждом сезоне я забиваю по три мяча. Лишь в одном получилось два. Причем лишь один гол я забил ногой. Остальные — головой. Для центрального защитника три гола за сезон, считаю, неплохо.

- «Рубин» не сыграет в следующем сезоне в Лиге Европы. Испытал разочарование, что попал не в самую сильную команду чемпионата?

- Когда я узнал об интересе «Рубина» к себе, естественно, возникли ассоциации с Лигой чемпионов. Сейчас, когда дела у команды идут не так хорошо, я понимаю, что это по-прежнему команда высокого уровня, с хорошими игроками и что я буду здесь прогрессировать. Мы провалили начало сезона, но если бы с самого начала играли так, как сейчас, то располагались гораздо выше в таблице.

- На бытовом уровне возникли сложности после переезда в Казань?

- Конечно, здесь много отличного от моего прежнего образа жизни. В Швеции мы можем пить воду из крана, а здесь - нет. В Стокгольме можно спокойно обходиться без машины. Но я уже вполне освоился в Казани: у меня есть квартира, машина, рядом супермаркет...

- И любимое дело есть, а вот твоя девушка, которая приехала вместе с тобой, наверное, здесь грустит?

- Ей, конечно, непросто. Но я в клубе провожу в среднем по пять часов в день, а все остальное время мы вместе с Аньей. Мы играем в сквош, ходим в магазины, кино, рестораны. А без меня она тренируется (Эмиль демонстрирует на смартфоне фотографии гирь). У нас в Швеции все помешаны на здоровом образе жизни и физической форме. Кроме того, она занимается живописью. У нее для этого есть все: краски, кисти, мольберт...


- Эмиль, американские спортсмены в Казани любят посещать «Макдоналдс», а шведов наверняка тянет в IKEA?

- Да-да! В IKEA мы с Аньей были уже четыре раза. Докупали мебель для квартиры. Это действительно в какой-то мере частичка Швеции, где можно почувствовать, словно ты в Стокгольме. Особенно в ресторане, где продаются знаменитые фрикадельки. Они, правда, не совсем такие, как в Швеции. Но оригинальные можно купить в магазине.

- Ты наверняка скучаешь по знаменитому шведскому деликатесу — тухлой рыбе?

- Нет! В Швеции есть два классических угощения. Это обычная селедка с картошечкой и сметаной. Очень вкусно! А то, что ты имеешь в виду, — сюрстрёмминг. Действительно, тухлая рыба, я ее есть не могу. И популярность этого блюда у нас - стереотип. Его любит процента три шведов.

-  В отличие от многих легионеров ты сразу и всерьез взялся за изучение русского языка. Для чего?

- Занимаюсь три раза в неделю, уже далеко продвинулся. Мне это необходимо, во-первых, потому что центральные защитники должны постоянно подсказывать что-то партнерам. Да и сам по себе я человек общительный. К тому же кто знает, как все сложится после завершения карьеры игрока. Может, у меня будет совместный бизнес в России, деловые партнеры? Так что если есть возможность изучить язык, нужно ею пользоваться.