Аналитика
9 января 07:00
Автор материала:Любовь Шебалова

Ключевая ставка не может угнаться за ценами

В 2024 году наша страна отметилась самой высокой в мире реальной ключевой ставкой. Эксперты называют политику ЦБ чрезвычайно жесткой. В декабре регулятор, несмотря на ожидания, повышать «ключ» не стал, но не исключил этого в новом году.

Ключевая ставка не может угнаться за ценами

Автор фото: Ирина Звездина/ ИД «Вечерняя Казань»

Вопреки прогнозам

Банк России впервые с июльского заседания 20 декабря не стал повышать ключевую ставку, сохранив ее на уровне 21%. Это решение стало сюрпризом для аналитиков.

— Все ждали как минимум плюс 200 базисных пунктов и 23 процента, а были и агрессивные оценки до 25 процентов, — отмечает эксперт по фондовому рынку ИК «БКС Мир инвестиций» Михаил Зельцер.  

Автор фото: Павел Хацаюк / ИД «Вечерняя Казань»

По словам руководителя отдела макроэкономического анализа ФГ «Финам» Ольги Беленькой, такая уверенность была связана с ускорением инфляции к концу года (на 16 декабря она достигла 9,5% в годовом выражении при октябрьском консенсус-прогнозе ЦБ 8-8,5% на конец года), повышением ценовых ожиданий предприятий и инфляционных ожиданий населения, ожидаемым эффектом переноса в цены ноябрьского ослабления рубля.

По данным пресс-релиза банка России, обращает внимание финансовый аналитик BitRiver Владислав Антонов, текущая инфляция с поправкой на сезонность составила в среднем 11,1% в пересчете на год, что значительно превышает целевой показатель в 4%.

Но, констатирует Михаил Зельцер, у ЦБ больше информации: «Несмотря на дисбаланс спроса и предложения, давление на рынке труда и осеннюю девальвацию, видимо, сигналов о замедлении потребительского и корпоративного кредитования оказалось достаточным для монетарной паузы».

Чем больше уровень ключевой ставки, тем выше риск «пережать» с жесткостью денежно-кредитных условий при дальнейшем ее повышении, подчеркивает Ольга Беленькая.

Бизнес обеспокоен, что ключевая ставка выше 20% и еще более высокие ставки по новым рыночным кредитам могут привести к избыточному «переохлаждению» экономики или даже к рецессии. Кредитные риски вследствие ухудшения финансового положения заемщиков грозят и банкам.

— Эти риски ЦБ также, вероятно, учитывал, — предполагает эксперт.

Автор коллажа: Ирина Звездина / ИД «Вечерняя Казань»

Ключевая ставка выросла на 500 базисных пунктов — с 16% до 21% — во второй половине 2024 года. Тем самым, замечает начальник отдела анализа банков и денежного рынка ИК «ВЕЛЕС Капитал» Юрий Кравченко, она превысила максимум 2022 года в 20%, на котором не задержалась надолго.

Как бы то ни было, наша страна в прошлом году отметилась самой высокой в мире реальной ключевой ставкой​ (номинальная ключевая ставка минус инфляция), добавляет главный аналитик по облигациям ИК «СОЛИД Брокер» Максим Плешков.

— Это говорит о чрезвычайно жесткой в мировом масштабе денежно-кредитной политике, — резюмирует он.

«Позитива мало — практически нет. Негатива много»

ЦБ заявлял, что рост ставки происходит в ответ на рост инфляции, напоминает Максим Плешков. И, судя по его действиям, это был основной инструмент борьбы с этим явлением. Недельная инфляция в июне 2024 года, согласно Росстату, составила 0,64%, в ноябре 1,43%, а в декабре превысила 1,8-1,9%, привел он данные.

Увеличение ставки не решило, по крайней мере пока, проблему растущей инфляции, делает вывод собеседник издания, а замедление роста экономики вызвало. По итогам первого полугодия 2024 года​ рост валового внутреннего продукта к первой половине 2023 года составлял 4,7%. По итогам прошлого года рост ВВП планируется на уровне 3,9-4%.

Автор фото: Павел Хацаюк / ИД «Вечерняя Казань»

В 2024 году на инфляцию работали не только и не столько факторы, чувствительные к ставке. Она во многом подстегивалась высокими государственными расходами, девальвацией рубля, ростом заработных плат из-за дефицита кадров. Поэтому ключевая ставка не столь эффективно влияла на уровень инфляции, как хотелось бы, полагает доктор экономических наук, профессор Института управления, экономики и финансов КФУ Игорь Кох.

Главный экономист «БКС Мир инвестиций» Илья Федоров также подчеркивает, что вопрос скорости и величины роста ставки всегда лежит в скорости достижения цели по инфляции. В течение большей части второго полугодия ставка росла, пытаясь компенсировать неоднородность кредитных условий для разных групп заемщиков, анализирует он. Тем не менее, кредитование в конце года замедлилось после введения регуляторных мер по ограничению и физическому сокращению возможностей банковского сектора кредитовать.

— Позитива мало — практически нет. Негатива много, — констатирует Максим Плешков последствия повышения ставки.

Эксперты сходятся во мнении, что замедление роста экономики — это основной негатив.

— При таких высоких ставках предприятия лишаются возможности развиваться и реализовывать инвестиционные программы. Значительная часть компаний и предприятий, прежде всего сильно закредитованных, поставлена на грань выживания и даже за нее, — отмечает главный аналитик по облигациям ИК «СОЛИД Брокер».

Владислав Антонов среди отрицательных последствий повышения ставки называет практическую остановку роста розничного кредитования в ноябре и значительное замедление корпоративного кредитования. А позитивное по его мнению следствие — это рост склонности к сбережениям и начало охлаждения кредитной активности во всех сегментах рынка.

Автор фото: Алексей Сухоруков / РИА Новости

По мнению регулятора,​ цитирует Ольга Беленькая, «произошло более существенное ужесточение денежно-кредитных условий, чем предполагало октябрьское решение по ключевой ставке. Этому способствовали автономные от денежно-кредитной политики факторы».

Речь идет о мерах макропруденциального и банковского регулирования. В частности, отмене послаблений по нормативу краткосрочной ликвидности, которая продолжится в 2025 году. Кроме того, в этом году ЦБ планирует ввести антициклическую надбавку к нормативам достаточности капитала банков и надбавки к коэффициентам риска по кредитам крупным компаниям с высоким уровнем долга. Это приводит к охлаждению кредитования во всех сегментах рынка.

По словам Ольги Беленькой, пауза регулятора по ставке, особенно в силу неожиданности, позитивна для долгового и фондового рынка. В частности, она может замедлить дальнейшее повышение ставок по депозитам и кредитам для заемщиков: «Во всяком случае, они не будут автоматически пересчитываться для кредитов по плавающей ставке в связи с повышением ключевой ставки».

Об удорожании заимствований для бизнеса и потребителей, которое сдерживает рост производства и повышает издержки, говорит и профессор КФУ. Он замечает, что дорожают также государственные заимствования, что усложняет ситуацию с бюджетом. Частные инвесторы снова переориентируют сбережения на банковские депозиты. Положительным же, говорит он, можно считать сдерживание инфляции и роста кредитной нагрузки, хотя они и остаются на высоких уровнях.

Автор коллажа: Ирина Звездина / ИД «Вечерняя Казань»

Собеседник издания считает, что изменение ключевой ставки в 2024 году было «формально оправданным», и повышение ее до столь высоких уровней «имеет больше негативных последствий, чем позитивных».

— Можно было повышать ставку более медленно и остановиться на более низком уровне, — убежден Игорь Кох.

Кандидат экономических наук, доцент базовой кафедры финансового контроля, анализа и аудита Главного контрольного управления Москвы РЭУ им. Г.В. Плеханова Дмитрий Осянин также полагает, что «масштабы и продолжительность этого процесса могли бы быть более умеренными для минимизации негативного влияния на экономический рост и инвестиционную привлекательность страны».

А Ольга Беленькая добавляет, что эффект от повышений ключевой ставки во втором полугодии 2024 года полностью отразится на экономике уже в этом году, когда будет действовать и менее стимулирующая бюджетная политика, и дополнительные макропруденциальные меры ЦБ по ограничению кредитования.

Автор коллажа: Ирина Звездина / ИД «Вечерняя Казань»

«ЦБ должен убедиться, что перелом действительно наступил»

Доцент РЭУ им. Г. В. Плеханова полагает, что сохранение ключевой ставки на уровне 21% можно рассматривать как временное сдерживание. Это может свидетельствовать о переходе Банка России к смягчению регулирования. В свою очередь Максим Плешков считает, что говорить о начале периода снижения ключевой ставки пока преждевременно.

Ольга Беленькая отмечает, что есть объяснение существенно изменившейся по сравнению с предыдущими заседаниями логике ЦБ. Эльвира Набиуллина говорила о том, что повышение ключевой ставки «не предопределено» (что многие недооценили с учетом текущих трендов по инфляции) и что переломной точкой может стать замедление роста кредитования, в том числе корпоративного.

Она подчеркивает, что в ноябре впервые с начала 2024 года значительно замедлился рост корпоративного кредитования. Есть предпосылки для значительного охлаждения кредитной активности в наступившем году. По оценке ЦБ, общий прирост кредитования по итогам этого года может сложиться вблизи нижней границы октябрьского прогнозного диапазона 8–13%.

Автор фото: Павел Хацаюк / ИД «Вечерняя Казань»

Владислав Антонов прогноз на нынешний год называет неоднозначным, отмечая, что, судя по пресс-релизу, ЦБ ожидает снижения инфляции до 4% только к 2026 году.

Михаил Зельцер прогнозирует, что ставка начнет снижаться ближе к концу первого полугодия нового года с ускорением тенденции под его занавес — вплоть до 16%.

Оценки Максима Плешкова более осторожны: к концу этого года ставка может снизиться до 17-18%. Он соглашается с тем, что в соответствии с логикой ЦБ необходимо, в первую очередь, оперативно отслеживать темпы роста инфляции и уровень потребительского спроса. Но, как показала практика, «не стоит сбрасывать со счетов и публичную критику, и недовольство жесткой денежно-кредитной политикой со стороны правительства и бизнеса».

— Скорее всего, нынешний год останется периодом высоких ставок, в котором возможны отдельные локальные подъёмы, но все-таки будет преобладать тенденция к понижению, — предполагает главный аналитик по облигациям ИК «СОЛИД Брокер».

​Станет ли текущий уровень ключевой ставки максимальным в этом цикле,  зависит от экономической ситуации, трендов по инфляции, инфляционным ожиданиям, внешним условиям, кредитной и депозитной активности, обращает внимание и Ольга Беленькая.

— ЦБ должен убедиться, что ожидаемый перелом действительно наступил, а для этого нужно время. И дальнейшее повышение ставки пока исключить нельзя, хотя его вероятность снижается, — говорит она.

Автор коллажа: Ирина Звездина / ИД «Вечерняя Казань»

Руководитель отдела макроэкономического анализа ФГ «Финам» в базовом сценарии ожидает начало снижения ключевой ставки в середине 2025 года и до 17-18% к концу года.

Собеседница издания полагает, что в случае устойчивости инфляции снижения ключевой ставки в наступившем году может и не быть. Более того, возможно ее дальнейшее повышение. А при остановке кредитования и возрастании рисков рецессии, связанной с избыточным сжатием внутреннего спроса, ставка может снижаться более быстрыми темпами.  

Подходить более творчески, а не слепо следовать теории

Как борются с инфляцией в других странах? По словам Максима Плешкова, в мире сейчас имеет место общий либерально-экономический дискурс. Монетарные власти России действуют в его рамках. Правда, учитывая уникальность текущей ситуации в нашей стране, обращает внимание он, «хотелось бы не слепого следования теории, а гораздо более творческого подхода».

Автор фото: Павел Хацаюк / ИД «Вечерняя Казань»

По мнению доцента РЭУ им. Г. В. Плеханова, путь России в борьбе с ростом цен похож на шаги других стран: основной акцент делается на монетарные инструменты — такие как ключевая ставка. В то же время в условиях санкционного давления у него есть свои особенности.

Владислав Антонов к уникальным чертам отечественного подхода относит, во-первых, высокую зависимость от внешних факторов — цен на энергоносители и геополитической обстановки.

— Это делает инфляционные процессы менее предсказуемыми и сложнее контролируемыми, — признает он.

Во-вторых — более жесткую монетарную политику. Наш Центробанк часто держит ключевую ставку для сдерживания инфляции на относительно высоком уровне «в то время, как многие развитые страны исторически придерживались более мягкой политики».

И, в-третьих — структурные особенности экономики: высокая доля импорта в потребительской корзине делает инфляцию чувствительной к колебаниям курса рубля.

В последние годы наша страна, как и многие другие государства, столкнулась с глобальными инфляционными вызовами, но специфика отечественной экономики часто требует более радикальных мер реагирования, подчеркивает он.

Дмитрий Осянин убежден, что для достижения устойчивого снижения темпов инфляции необходимо также проводить структурные реформы, направленные на развитие конкуренции, снижение административных барьеров и повышение эффективности государственного управления.

Добавить «Вечернюю Казань» в избранные источники новостей