Рынок франчайзинга идет в рост, но в Татарстане он пока недооценен

Россия — только для российских компаний

В нашей стране растет рынок готового бизнеса или франчайзинга. В 2023 году Роспатент зарегистрировал 6989 соответствующих договоров. Для сравнения, в 2022 году было заключено 6662 таких соглашения. Объем сделок увеличился почти на 5%. А с 2019 года прирост составил 50%, сообщил руководитель Роспатента Юрий Зубов.

К сожалению, предоставить данные по Татарстану в ведомстве не смогли, ответив, что не имеют такой технической возможности. Далеко не все знают, что широко известные компании, с которыми мы сталкиваемся в повседневной жизни, развиваются в том числе с помощью франчайзинга.

Вот только некоторые из них: «Додо Пицца», рестораны национальной кухни «Тюбетей», сеть ювелирных магазинов «585 золотой», ПЭК, РИМ, Ozon, Яндекс Лавка, магазин канцелярских товаров «Графстор», «Советская аптека», медицинский центр «Инвитро», лаунж-бар «Дуть», интернет-магазин «220 Вольт», магазины «Фасоль», сеть пельменных «Лепим Варим» и многие другие.

Автор фото: Павел Хацаюк/«Вечерняя Казань»

В том числе этим путем идет и продовольственная сеть «Пятерочка». А первое место в категории «инвестиции от 5 млн» в рейтинге Forbes – «30 самых выгодных франшиз в России 2023» занял бренд Fix Price. Этот дискаунтер также широко представлен в республике.

По данным аналитической компании BusinesStat, в 2019–2023 годах оборот рынка франчайзинга в нашей стране увеличился на 12%: с 2,6 до 2,9 триллиона рублей. Наибольший прирост за последние 5 лет пришелся на 2020–2021 годы. В это время активно росло число пунктов выдачи заказов и служб доставки, включая заказы готовой еды из кафе и ресторанов, что было спровоцировано повышением спроса на подобные услуги из-за пандемии.

В BusinesStat констатируют, что прибыльность и перспективность франшиз привлекала крупных инвесторов, а также малый и средний бизнес, способствуя росту рынка. До 2022 года международные компании видели в России большой потенциал и готовы были инвестировать во франчайзинговые проекты, чтобы расширить свое присутствие в стране.

В 2022–2023 годах рост оборота франчайзинга в России замедлился до 1,4% в год: «Уход ряда крупных сетевых компаний, таких как McDonald's, Starbucks, и экономический спад притормозили развитие рынка». Однако сокращения выручки не произошло, так как активы иностранных компаний были выкуплены российскими бизнесменами и позднее точки смогли возобновить работу под новыми брендами.

Автор фото: Ирина Звездина/«Вечерняя Казань»

Руководитель компании Topfranchise, председатель комитета франчайзинга общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства «Опора России» Василь Газизулин замечает, что если учесть, что на рынке франчайзинга работают компании с триллионными оборотами, которые нас кормят – такие как «Пятерочка», «Дикси» и Metro, то его оборот можно посчитать таким же. Долю франчайзинга в валовом внутреннем продукте (ВВП) он определил не более 2%, но и не менее 1%.

— Нам есть куда расти, — делает вывод собеседник издания, отмечая, что в развитых странах, где франчайзинг существует уже больше 100 лет, он главный работодатель и вкладывает десятки процентов в ВВП. Газизулин убежден, что и мы к этому должны стремиться: «Все возможности для этого есть».  

Эту точку зрения разделяет и директор ООО «Додо Пицца-Казань» Вячеслав Миллер. По его словам, Америка — наиболее яркий пример успеха франчайзинга: там по этой системе развивается 90% бизнеса.

— Это ли не ориентир? — задается вопросом собеседник издания.  

По данным Газизулина, количество франчайзи в России приближается к 100 тысячам. Число пунктов выдачи заказов крупных маркетплейсов, таких как Оzon, Wildberries, Яндекс Маркет, открытых по франшизе в стране, измеряется десятками тысяч. Но без учета их в России каждый год открывается не более 5 тысяч локаций, говорит он. По данным Franshiza.ru, число новых франшиз как минимум два последних года превышает 6 тысяч.  

Автор фото: Архив Дамира Губейдуллина

Уход иностранных игроков восприняли с энтузиазмом

Руководитель направления компания Brand Building Group Дамир Губейдулин напоминает, что полноценная технология франчайзинга была принесена в Россию иностранцами. Достаточно перечислить названия компаний, которые запустили франшизы в России: McDonald's, Subway, KFC, «Доминос Пицца» и т. д. Но при этом, подчеркивает он, российский бизнес сумел качественно перенять этот опыт и создать собственные достойные франшизы. Абсолютным лидером в сегменте сетевых пиццерий страны собеседник издания назвал компанию «Додо Бренд» (ранее называлась «Додо Пицца»).

Эксперт констатирует: «Российский рынок франшизы уже достиг определенной зрелости». По его словам уход иностранных компаний предоставил отечественным игрокам новые возможности и ниши для своего развития.

Директор ООО «Этажи Казань» Марат Галлямов также говорит, что российский топ-менеджмент иностранных компаний, изучив ранее технологии, теперь продолжает успешно их применять: «Мы не видим «просадки» известного фаст-фуда: он ничем не хуже, чем был раньше. То же самое происходит и в других отраслях». Одним словом, делает вывод он, прекращение работы зарубежных корпораций отечественному бизнесу «играет только на руку».

Собеседник издания отмечает, что за последние 10 лет российские компании и без того многому научились. А в некоторых сферах, считает он, наше управление даже гораздо более эффективное, чем в западных компаниях.

Автор фото: Ирина Звездина/«Вечерняя Казань»

— Мы ездили и в Европу, и в Америку, когда это было возможно. Если рассматривать агентства недвижимости, там все как-то однобоко: ты либо брокер, либо продавец. А мы соединяем эти услуги вместе и получается гораздо более интересный продукт, — рассказывает эксперт.

Василь Газизулин утверждает, что российский франчайзинг воспринял уход иностранных компаний «с энтузиазмом». По его словам, последние 30 лет франчайзинговая индустрия в нашей стране и так была «абсолютно импортозамещенная»: только 5% марок оставались иностранными. Поэтому уход знаковых брендов типа McDonald's был, конечно, воспринят «эмоционально, но по факту на огромном рынке общественного питания и вообще услуг это никак не отразилось».

Собеседник издания прогнозирует, что этот год и несколько последующих пройдут под лозунгом «Российский рынок – для российских компаний».

— Это окно возможностей, — оценивает он. — Так будет не всегда. Как мы видим, на российский рынок автомобилей быстро зашли китайские компании. В индустрии франчайзинга такого пока не наблюдается. Нет амбиций, нет огромных рекламных бюджетов, инвестиций в развитие от иностранных брендов даже дружественных стран. Поэтому нужно продвигать свои бренды во всех потребительских сегментах товаров и услуг через франчайзинг.

Автор фото: Павел Хацаюк/«Вечерняя Казань»

Гендиректор Института финансового развития бизнеса Ильдар Шайхутдинов также отметил «Вечерней Казани», что «российские компании получили просто уникальную возможность развития собственного бизнеса по франчайзинговой модели».

«Все труднее создавать что-то новое, а тем более конкурировать с сильными моделями».

Считается, что интерес к франчайзингу возрастает в кризисные годы. Дамир Губейдулин говорит, что его опыт это подтверждает: «Я встречал много офисных клерков и менеджеров, которые в условиях сокращений и безработицы пытались открывать по франшизе кофейни, магазинчики и прочий бизнес».

В нестабильное время, рассуждает директор ООО «Додо Пицца-Казань» Вячеслав Миллер, люди хотят меньше рисковать, франчайзинг же как раз отличается тем, что обеспечивает большую безопасность и большие гарантии при вложении средств.

Автор фото: Архив Марата Галлямова

Марат Галлямов полагает, что интерес к франчайзингу возрастает в целом: «Все труднее создавать что-то новое, а тем более конкурировать с сильными моделями». Василь Газизулин утверждает, что на фоне экономической турбулентности во всем мире сейчас наблюдается бум франчайзинга.

— В шоковые моменты, происходившие в нашей стране — это пандемия, СВО, частичная мобилизация — предприниматели приостанавливали свою активность на рынке франчайзинга, но буквально на несколько недель. Затем снова происходил рост активности, — говорит он.

Собеседник издания подчеркивает, что «для многих франчайзинг — это спасение».

— Он позволяет сохранить доход своей семьи, прокормить себя и своих детей. Если человека, например, уволили или он сам подступил к предпенсионному возрасту, когда уже трудно найти работу, — комментирует руководитель компании Topfranchise.

По его словам, в этом случае можно открыть свое дело в любой ценовой категории и с уровнем  дохода, сопоставимым со своей прежней зарплатой.

Автор фото: Ирина Звездина/«Вечерняя Казань»

Собеседник издания считает, что в нашей стране бум франчайзинга связан с несколькими секторами. Это общественное питание, индустрия красоты и  детское образование — лучшие практики тем самым добираются в самые дальние уголки нашей страны.

Наиболее востребован бизнес, имеющий низкий порог входа

Вячеслав Миллер отмечает, что на рынке франчайзинга наиболее востребованы те виды бизнеса, у которых низкий порог входа: «Если говорить об общепите, это кофейни, какие-то небольшие розничные точки с ценой открытия до 1 миллиона рублей». Незначительных затрат требуют и сети по продаже мороженого, напитков. Кроме того, это различные услуги: барбершопы и так далее. 

Марат Галлямов считает, что в большей степени продажа готового бизнеса применима к ресторанам, кафе быстрого питания, услугам, связанным с микрокредитованием, страховыми брокерами, набирают обороты и франшизы агентств недвижимости. Производство задействовано в этом формате в меньшей степени.

По данным Franshiza.ru,  на начало 2023 года общественное питание по числу франчайзи занимало второе место среди других отраслей с долей 26%. Больше франшиз (50%) было только в сфере услуг бизнесу и населению.

По словам Василя Газизулина, средний чек на приобретение франшизы формируется из стоимости количества квадратных метров, необходимых для открытия бизнеса среднему ретейлеру. В России есть франшизы, которые можно открыть за 300 тысяч рублей, включая паушальный взнос, с помощью мер государственной поддержки. Как, к примеру, франшиза «Англичанка». Это модульный класс английского языка в детском образовании.

Автор фото: Павел Хацаюк/«Вечерняя Казань»

«Более осознанные и крупные» франшизы, отмечает собеседник издания, требуют инвестиций в 1,5—2 миллиона рублей. Это может быть детский центр, небольшой салон красоты или точка «Кофе с собой». Чтобы открыть хорошую пекарню, с учетом инфляции и безумного подорожания стройматериалов, оборудования и т. д., будет необходимо потратить уже 3,5—5 миллиона рублей. Франшизы за 10 миллионов рублей — это общественное питание, салоны красоты. Медицинские клиники могут оцениваться в 30, 50, 70 миллионов рублей, а также  100 миллионов рублей и более.

В не меньшую сумму, рассказывает руководитель компании Topfranchise, обойдется и франшиза крупных ресторанных объектов. Самые дорогие франшизы — производственные. К примеру, запуск производственной линии под брендом сыроваренного завода из Барнаула KITCHN требует 500 миллионов рублей инвестиций. Франшизы отелей, которые ушли из России, тоже будет исчисляться сотнями миллионов рублей, убежден Газизулин.

«Девять из десяти  свежеоткрывшихся ресторанов от новичка обречены на провал»

— Сегодня девять из десяти  свежеоткрывшихся ресторанов от новичка обречены на провал, — отметил «Вечерней Казани» председатель координационного совета Федерации рестораторов и отельеров России Сергей Миронов.

Автор фото: Архив Сергея Миронова

Дело в том, поясняет он, что рестораны в России, и в Москве, в частности, усовершенствовали свои технологии и «заходя в любой город с сильной франшизой, они побеждают локальных игроков». Что неудивительно: над брендовой концепцией, как правило, работает большое количество людей.

— Скажу про себя: только офис в Москве, который занимается моей франшизой «Мясо&Рыба» (рестораны открыты в Ставрополе, Краснодаре, Волгограде), требует порядка 10 миллионов рублей заработной платы. Поэтому качество продукта, который мы предоставляем своим партнерам-франчайзи, гораздо выше. Невозможно конкурировать с «монстром», который предоставил кому-то право использования своего имени и за этим следит, — поделился мнением собеседник издания.  

—  Так зачем выбрасывать деньги на ветер, если можно взять крепкую франшизу, заплатить роялти и начать развивать ее? — задает резонный вопрос председатель координационного совета Федерации рестораторов и отельеров России.

Миронов говорит, что для него решение дилеммы — запустить ресторан по франшизе или попытаться открыть самому — очевидно.

—  Если бы прямо сейчас я открывал рестораны «Мясо&Рыба» с нуля, нынешние игроки задавили бы такого новичка, — не сомневается Сергей Миронов.

Что даёт покупка франшизы? Во-первых, четкую бизнес-инструкцию: объект покупки — это уникальная концепция, в которую были вложены миллионы долларов, и над которой потрудились ведущие специалисты, перечисляет ресторатор. Во-вторых, постоянное сопровождение: ресторатор получает цены, поставщиков, изменения и обновления меню, программы тренингов — все по каждому шагу.

Автор фото: Павел Хацаюк/«Вечерняя Казань»

— И даже в кризисы он может быть спокоен: ресторан по франшизе устойчивей, чем монопроект. К примеру, все франчайзи «Мясо&Рыба» смогли уцелеть в локдауны, — подчеркивает Миронов.

В третьих, окупаемость: тут все зависит от города, платёжеспособности населения, размера ресторана. Чем последний больше, тем дольше будет окупаться, но больше прибыли в итоге принесёт. Однако  ресторатор имеет чёткий бизнес-план, видит срок, за который франшиза окупится.

«Ничего не просим у государства, но нам ничего и не дают»

Вячеслав Миллер считает, что «никакой господдержки франчайзинга в России нет вообще». По его словам, она имеет место только на уровне Москвы и Московской области. В большинстве других регионов с этим есть проблемы. В том числе в Татарстане.

Автор фото: Архив Вячеслава Миллера

– Мы почему-то относимся к рынку готового бизнеса несерьезно. Он развивается как и все предпринимательство сам собой. Хотя я считаю, что у него очень большие перспективы. По франчайзингу можно развивать и масштабировать любое успешное предприятие, даже если оно находится где-нибудь во Владивостоке, – сетует он.

Об этом же говорит и Марат Галлямов: «Я не знаю, как в других франшизах, но, например, в своей отрасли господдержки никакой мы на себе не ощущаем. Варимся, как и все предприниматели, в своем собственном соку. Мы, собственно говоря, ничего и не просим, но нам ничего и не дают».  

Председатель координационного совета Федерации рестораторов и отельеров России Сергей Миронов подтверждает: «Какой-то целенаправленной государственной поддержки франшизы на сегодняшний день нет». Ему известно, что отдельно в разных регионах предпринимаются какие-то меры. Например, в Москве при закупке франшизы компенсировали часть потраченных денег.

– Чаще всего это инициативы региональные, не федеральные. И нельзя сказать. что они везде работают. Даже можно сказать, что нигде не работают. Это разовые случаи, – комментирует он.  

«Как бы подсказывает предпринимателям, что нужно развиваться и в этом направлении»

Гендиректор Института финансового развития бизнеса Ильдар Шайхутдинов считает, что «нельзя недооценивать роль государства». По его словам, многие региональные организации по поддержке малого и среднего предпринимательства ввели такую меру поддержки, как финансирование первых расходов, затраченных на покупку франшизы.

Собеседник издания говорит, что есть еще и неочевидные меры.

Автор фото: Павел Хацаюк/«Вечерняя Казань»

Держатель франшизы уплачивает с получаемого от франчайзи платежа налог на прибыль и НДС, потому что речь идет о товарном знаке. Если же по договору франчайзинга передается ноу-хау или продукт, сервис, программа, которые зарегистрированы в реестре отечественного программного обеспечения, то в этом случае налог на добавленную стоимость платить не надо.

– Льготная ставка действует с 2022 года и она отражена в налоговом кодексе, – заметил он.

Шайхутдинов полагает, что налоговыми льготами государство «как бы подсказывает предпринимателям, что надо развиваться и в этом направлении». Василь Газизулин также отмечает, что на рынке франчайзинга роль госсподдержки росла последние пять лет. В каждой из основных индустрий, где развивается малое и среднее предпринимательство, есть свои меры.

Он отметил направление «Франчайзинг для самозанятых»  и «Франчайзинг социальных франшиз» как самое актуальное в государственной поддержке в этом году. Эксперт также напомнил, что в общественном питании действовали меры государственной поддержки, начиная с пандемии.

– Очень важен для развития франчайзинговой сети и новый закон об увеличении планки по упрощенной системе налогообложения для деятельности предприятий общественного питания, который президент России подписал в 2021 году, – напомнил Газизулин.

Также, по его словам, всегда существовали меры поддержки в индустрии красоты. Средства материнского капитала разрешено расходовать и на покупку франшизы, и на ее создание. Предпринимателям оказывается помощь и при продвижении франшизы на федеральный и международный уровни.

«Франшиза – готовый бизнес-проект, уже отточенный временем»

– Предполагается, что франшиза – это готовый бизнес-проект, уже отточенный временем с учетом нивелирования рисков, – говорит директор ООО «Этажи Казань» Марат Галлямов.

Автор фото: Павел Хацаюк/«Вечерняя Казань»

Он свидетельствует: «В модели франчайзи бизнес будет развиваться несколько быстрее. Я бы сказал даже надежнее, так как за плечами франчайзера стоит опыт, наработки, схемы, отлаженные бизнес-процессы». 

Руководитель направления компания Brand Building Group Дамир Губейдулин считает, что франчайзинг – прекрасная модель для старта нового бизнеса. В частности, хорошо и тщательно проработанная франшиза помогает предпринимателю открыть свое дело. Франчайзер же через франшизу получает возможность быстро и без издержек и инвестиций масштабировать свой бизнес и зарабатывать дополнительные деньги за счет ее продажи (первичный паушальный взнос) и постоянных отчислений в виде роялти за право пользования.

Вячеслав Миллер подтверждает, что «если это бизнес с хорошо проработанными стандартами, при его грамотной упаковке во франшизу можно зарабатывать значительно больше, чем при работе со своей собственной сетью или какой-то одной точкой».

Автор фото: Павел Хацаюк/«Вечерняя Казань»

– Именно на роялти – на франшизных платежах. В этом и есть секрет всего франчайзинга, – подытожил он.

Размер роялти зависит от проработанности самой франшизы. На рынке франчайзинга оно сегодня составляет от 2-3% до 10%. Сам Вячеслав работает с франшизой «Додо Пицца». Он рассказал, что уже открыл 13 ресторанов, еще два строятся. По словам собеседника издания, эта франшиза стопроцентно обеспечивает франчайзи стандартами работы во всех направлениях: от набора персонала, работы с ним и до продвижения, маркетинга, операционной деятельности. 

–  Если самому собственнику погружаться на 100 процентов в работу, эта франшиза позволяет добиваться больших успехов, – признает он.

Но, акцентирует внимание собеседник издания, франчайзи «Додо Пицца» может стать не каждый: «Отбор происходит по определенному культурному совпадению интересов».

– Когда мы покупали в 2013 году франшизу агентство недвижимости «Этажи», а она родом из Тюмени, франчайзинговая модель только-только развивалась. Но у компании, которая была ее держателем, уже были свои собственные успешные филиалы, – вспоминает Марат Галлямов. 

Автор фото: Павел Хацаюк/«Вечерняя Казань»

Он удовлетворен тем, что они с этой покупкой не прогадали. Успешно развивают франшизу, лидируя и в Казани, и в Набережных Челнах.

– В целом в России компания «Этажи» № 1 на рынке, – подчеркивает он.

Сейчас эти агентства недвижимости присутствуют в 250 городах России: от Южно-Сахалинска до Калининграда. Своих филиалов  у основной компании около 20–25. Все остальное это франчайзи. АН «Этажи» также действуют в странах СНГ. Кроме того, они уже вышли на рынки дальнего зарубежья: Турция, Дубай, Таиланд. Сейчас планируют открыться сразу в нескольких регионах ОАЭ.

Галлямов рассказал, что при выборе франчайзи основная компания в первую очередь делала ставку на их компетентность как бизнесменов и управленцев. Отбор состоял из 3-4 блоков. В итоге сама покупка им ничего не стоила: не было никаких оплат, паушальных взносов.

Автор фото: Павел Хацаюк/«Вечерняя Казань»

– Мы платим только ежемесячные роялти за ту поддержку, которую оказывает центральная компания. Это определенный процент от валовой выручки, – сообщил он.

Главная угроза рынку – слабые и непроработанные франшизы

Дамир Губейдулин признает, что на рынке франчайзинга «много откровенных жуликов и махинаторов, осознанно строящих франшизную пирамиду или обманывающих потенциальных покупателей франшизы».

– Но больше все-таки «сырых» и непроработанных концепций, когда владелец франшизы, наскоро запустив свой бизнес и еще не отладив его окончательно, уже берется рекламировать и продавать, – говорит он.

Гендиректор Института финансового развития бизнеса Ильдар Шайхутдинов рассказал о случае, с которым столкнулся лично, когда консультировал компании. Заключался договор коммерческой концессии, в котором основным была передача прав на товарный знак. При этом у самого держателя франшизы не было на него зарегистрированных прав. То есть он продавал товар, которого еще не имеет.

Губейдулин считает слабые и непроработанные франшизы главной угрозой рынку, так как «они дискредитируют и отпугивают своими провалами и негативным опытом дальнейшее развитие и расширение франчайзинга». Василь Газизулин также полагает, что в этой индустрии проблемы больше связаны «не с мошенничеством, а с неоправданными надеждами».

– Люди покупают франшизу и думают, что это некая бизнес-машина, дойная  корова, которая будет работать за них, поить их и кормить. Но им все-таки приходится трудиться, и наступает разочарование. То есть главная сложность: не готовность брать себя в руки и работать, – констатирует он.

Вячеславу Миллеру также известно, что на рынке очень много «сырых» франшиз. По этой причине франчайзи, их приобретающие, подвергаются большему риску. Марат Галлямов убежден в том, что 90% франшиз, представленных сегодня на рынке, таковыми на самом деле не является.

–  Есть мошенники, есть нежизнеспособные франшизы, которые невозможно масштабировать. По сути, это и не франшизы, потому что у них не прописаны ни бизнес-процесс, ни планы, нет как таковой поддержки. Условно говоря, продают вывеску, – сетует он. – Возможно, по этой причине большинство из них не выдерживает и трехлетнего стажа.

Владелец бренда «Мясо&Рыба» Сергей Миронов также предостерегает, что с покупкой франшизы можно нарваться на кота в мешке: «Есть много псевдо-франшиз, когда дают товарный знак и интерьер, а рабочих технологий у них нет». Поэтому он советует не спешить, и прежде чем приобрести казалось бы готовый бизнес, обратиться к оценщикам – грамотным финансистам и операционщикам.

Миронов убежден, что договоры с франчайзи должны быть «очень жесткими, с мощными штрафами».

– Если франчайзи купил франшизу, он должен четко выполнять условия договора. А он часто все-таки пытается изобрести внутри еще один какой-то велосипедик или приделать к франшизе еще одно колесо с формулировкой: «У вас там.., а у нас по-другому», – сетует владелец бренда. И, по его словам, с этим достаточно сложно бороться. Между тем «все эти выдумки мешают нормальной работе».

Автор фото: Павел Хацаюк/«Вечерняя Казань»

– Всякий раз, когда кто-то без нашего ведома пытается что-то у нас усовершенствовать, случаются поломки. Слава богу, система мощно настроена и мы всегда находим, что сделано по-другому, – сообщил он.

«Проблема найти хорошего управленца, который не загубит бизнес»

Марат Галлямов говорит, что сегодня основная проблема как у франчайзи, так и у франчайзера – это персонал: «Найти  хорошего управленца, сильного держателя франшизы, который будет болеть своим делом, не загубит бизнес и его не испортит».

Он отмечает, что риски велики: «Если продать франшизу недобросовестному покупателю, который отнесется к ней несерьезно, либо окажется некомпетентен, тогда можно просто погубить свой бизнес в других регионах и поставить на развитии крест, либо существенно его притормозить».

О кадровом голоде как одной из главных проблем говорит и Василь Газизулин: «Как сказал президент, в нашей стране нет и не будет в ближайшее время безработицы. Всегда можно  найти хорошо оплачиваемую работу. Поэтому частный бизнес должен вести себя очень активно, не зевать и забирать себе лучшие кадры».  

Автор фото: Архив Василя Газизуллина

В то же время, отмечает он, усилились позитивные тенденции.

– Первое – это бум рынка недвижимости: жилой и коммерческой, которая тянет за собой рынок потребления. Второе – это огромное количество денег на депозитах частных лиц, – перечислил он.

По словам эксперта, эти средства сейчас работают только на депозите: «Инвестиционная активность в России чуть подморожена». Франчайзинг дает решение, как заставить деньги работать, инвестируя в свой бизнес.  

К негативным моментам собеседник издания отнес и высокие банковские ставки по кредитам. В связи с этим заемные средства большинству предпринимателей малодоступны. Но позитивных моментов, убежден Газизулин, в России сейчас гораздо больше.