Фотограф Ляля Кузнецова: «Жить не в Казани — это не для меня»

Айсылу КАДЫРОВА
Фотограф Ляля Кузнецова: «Жить не в Казани — это не для меня»

Поздравления с юбилеем со всего мира принимает сегодня казанский фотограф Ляля Кузнецова, которую смело можно назвать великой. В 1997 году ей вручили в Нью-Йорке «Медаль превосходства» от фирмы Leica за вклад в мировое фотоискусство. А еще раньше ее имя включили в Энциклопедию мировой фотографии, которая издается в Лондоне.

Накануне своего 70-летия Кузнецова встретилась с корреспондентом «Вечерней Казани» - знакового издания в ее биографии. Как всегда, запретила обращаться к ней по имени-отчеству: только Ляля.

- Ну какая я великая? Не чувствую себя такой, - говорит Кузнецова. - Знаете, кто великий? Борис Эйфман. Марис Лиепа. Я смотрела недавно фильмы про них на «Культуре» и была поражена. Восхищаюсь Николаем Цискаридзе. Владимиром Васильевым... Я ведь пробовала снимать балет: работала с казанскими балеринами Валентиной Прокоповой, Ириной Хакимовой... Но поняла потом, что это не мое. В кадре мне нужна не красота, а психологическая завязка...

Свой день рождения я всегда начинаю со слов благодарности. Среди тех, кого благодарю, - газета «Вечерняя Казань». В «Вечерке» я научилась успевать - работать в сжатые сроки. И ответственности. Это очень помогло мне, когда я стала свободным фотографом. Отдельное спасибо «Вечерке» еще и за то, что помогла мне понять, что я не могу быть «привязанной» к редакции: я должна быть свободной от заданий и заказов.

К своему юбилею выставку я устраивать не буду. В последнее время я делаю только чужие выставки. Недавно для музея изобразительных искусств Татарстана подготовила экспозицию фотографий Бориса Давыдова. Не одна, мне помогал Валерий Павлов. После смерти Давыдова весь его архив (негативы) выбросили на улицу. Не дал ему пропасть - вовремя подобрал - один из музейных работников. И передал мне.

А недавно я познакомилась с женщиной, которая жила рядом с другим моим другом - фотографом Васей Мартинковым. Но с его архивом у меня работать сил уже нет - Павлов будет с ним работать. Я сейчас разбираю мешки со своим архивом. Неожиданно поняла, сканируя негативы: набирается материал для двух новых книг.

Я уже начала их макетировать: первая - это будет дополнение к моей серии «Цыгане», а вторая - про Вячеслава Полунина и его «Лицедеев». Когда-то Марина Разбежкина, она писала как раз про казанские гастроли Полунина, попросила меня сделать съемку. Мы быстро с ним подружились, а потом - то в Берлине встретимся, то в Париже...

Самый крупный коллекционер моих работ - Ильдар Галеев, владелец московской «Галеев-галереи». Все мои основные работы, большая их часть, - у него. А первым коллекционером моих фотографий стал знаменитый немецкий кинорежиссер Вим Вендерс. Как свободный фотограф свой первый гонорар я получила именно от него - на моей выставке в Париже. И это был добрый знак: до Парижа я много и часто его фильмы смотрела, мне Марина Разбежкина видеокассеты давала.

Я никому не говорю, какую сумму перечислил мне тогда Вендерс. Могу сказать, что эти деньги позволили мне жить и работать дальше: часть денег я отложила «на дочь», которая тогда еще была ребенком и жила со мной, часть - «на жизнь», а оставшееся - «на работу», на свои дороги в Туркмению, Таджикистан, Узбекистан...

Я непритязательный человек ни в плане одежды, ни в плане быта. Мебель, например, никогда не покупаю - просто перекрашиваю время от времени все то, что строю себе сама из досок и «ножек», которые покупаю в Икее. Сейчас, например, вся моя квартира - белая.

Да, я много путешествовала и где только не была. Моя мечта - побывать в Индии. Но там очень жарко, и я боюсь туда лететь: вдруг со мной что случится? Это лишние проблемы для тех, кто окажется рядом...

Мне не раз предлагали переехать из Казани. В Германии приводили в пример композитора Софию Губайдулину, говорили: «Она же тоже в Казани долго жила, а теперь ей у нас очень нравится!». Но мы с Губайдулиной разные люди, понимаете? Жить не в Казани - это не мое, не для меня. Я рада, что я здесь живу, и рада, что мой дом именно здесь.

Дочь и внуки живут в Москве, а я Москву не люблю, честно скажу. Я люблю Казань, потому что здесь я слышу родную - татарскую - речь. Мне это нужно, видимо. Помню, я в детстве, в Уральске, переводила для своей бабушки на татарский язык все то, что она не понимала на русском... Кстати, моя девичья фамилия - Халитова. Я везде пишу, что я татарка, но чувствую я себя космополитом: я - человек Земли.

Вы спрашиваете, что самое главное, что я поняла про эту жизнь? Первое правило: не делай другим того, чего не хочешь себе. Второе: нужно быть ответственным человеком. Третье: важно ценить и беречь свою семью. А еще очень, очень важно вовремя просить прощения.

Если говорить о профессиональных знаниях, то вот какой закон, оказывается, работает: нельзя продавать свои рабочие инструменты (в моем случае это фотоаппаратура). Мне об этом говорил знаменитый чешский фотограф Йозеф Куделка: «Ляля! Ни в коем случае не продавай свою аппаратуру! Продашь - и уйдет энергия». Но я не послушала его. Когда у меня возникла проблема с позвоночником и я несколько месяцев лежала, была вынуждена продать свой объектив. Свой любимый объектив - «леечный», 35-й. Покупателем стал эстонский кинорежиссер Арво Ихо, он долго умолял меня об этом. И вот с тех пор, вы знаете, все как будто кончилось. Я, конечно, купила потом другой объектив. Но он мне не помогает...

Фото Александра ГЕРАСИМОВА.