Профессор Казанского университета, директор гимназии и другие педофилы

Марина ЮДКЕВИЧ
Профессор Казанского университета, директор гимназии и другие педофилы

Начало этого года в Татарстане отмечено уже несколькими жестокими преступлениями сексуальной направленности против детей.   Кажется, никогда еще такого не бывало, недаром педофилия теперь - одно из самых модных слов. И только специалисты помнят, что Казань "прославилась" по этой части уже век назад...

Говорят, когда в конце 20-х годов прошлого века в Казани сносили Николо-Вешняковскую церковь и прилегающие к ней строения (сейчас здесь, в начале улицы Островского, "сталинский" дом), рабочие нашли сундук с бумагами, а в нем - дневник с пачкой порнографических фотографий с маленькими девочками. Если так, то куда все это делось - неизвестно. Но предполагали, что хозяином сундука был бывший профессор Казанского университета Константин Мережковский. Дом, в котором он квартировал, стоял как раз на этом месте...

Век назад Константин Мережковский прославил Казань на всю Россию и даже за ее пределами. Но, увы, примерно в том же смысле, как недавно - отдел полиции "Дальний". Во всяком случае, в 1914 году не было, пожалуй, ни одной крупной русской газеты, которая не писала бы о педофильских утехах профессора Казанского университета.   

Профессор ботаники Константин Мережковский (старший брат Дмитрия, известного литератора Серебряного века) был действительно крупным ученым. Автор книги о нем Михаил Золотоносов называет его гением, а его теорию симбиогенеза - на полвека опередившую мировую научную мысль: "Только на основе открытий молекулярной биологии уже в 60-е годы стало понятно, что то, что он создал в 1905 - 1909 годах, имеет глубочайший смысл"... Но в пантеон выдающихся деятелей казанской науки Мережковского и сейчас обычно не включают. Чтобы университет ассоциировался с такой персоной?! Боже упаси! Репутация у него и в самом деле была отвратительная.

В Казани было хорошо известно, что еще прежде, живя в Крыму (и ведя там научную работу), Константин Мережковский приобрел известность как совратитель малолетних, из-за чего вынужден был бежать в Америку. А там за такие фокусы фермеры из калифорнийской глубинки чуть не повесили профессора на телеграфном столбе... Ну а получив место в Казанском университете, Мережковский в 1905 году съездил в Петербург и там купил себе на 50-летие шестилетнюю девочку.   

Договор купли-продажи был оформлен у нотариуса: швея  Екатерина Коршунова получила некоторую сумму и отдала свою дочь Калерию "на воспитание", обязавшись 15 лет, до совершеннолетия, не вмешиваться в этот процесс. Потом она объясняла: надеялась, что в доме немолодого ученого дочка получит образование и навыки какой-нибудь интеллигентной профессии... Но в феврале 1914-го Коршунова получила письмо от врача-ординатора Шамовской больницы Виктора Перимова. Доктор ставил мамашу в известность, что ее "благодетель" -  развратник, превративший Карочку в наложницу...

Но еще годом раньше в полицию с рассказом о педофильских оргиях Мережковского пришла его бывшая экономка Мария Грюнберг. Она заявила, что профессор пытался растлить и ее 3-летнюю дочку. А  горничные рассказывали, как профессор у себя на квартире изготовлял порнографические открытки с участием воспитанницы и самого себя, как он знакомил ребенка с анатомическими атласами, истязал ее собачьей плеткой, приводил с улиц других малолеток…

И вся эта прислуга в один голос утверждала: давным-давно пошли бы в полицию или к прокурору, кабы не нужда... и не угрозы профессора засудить их самих - "по знакомству". Ведь визиты Мережковскому наносили сам губернатор и редакторы газет, ему отдавали честь городовые, его принимали российский министр народного просвещения Кассо, министр внутренних дел Плеве и сам премьер Столыпин! Поскольку Мережковский был идеологически ценный кадр: известный "правый", даже черносотенец - рьяный антисемит, активист Союза русского народа и Казанского народного царского союза...

Сдавать "своих" тогдашние власти хотели ничуть не больше, чем теперешние. Тем более что выходило: педофильские скандалы в Казани вспыхивают буквально один за другим, и всякий раз с участием особо уважаемых лиц!

В 1913-м в Казанском губернском жандармском управлении уже просто не знали, что делать: очаг педофилии обнаружился в нескольких сотнях метров от Кремля. Так, содержатель кинематографа "Аполло" Самуил Егер явился с жалобой, что его 10-летнюю дочь "завлекали с другими гимназистками в номера "Франция" (на месте нынешнего отеля "Джузеппе". - "ВК") для целей разврата". На беду (властей), этот Егер был австрийским подданным, а значит, велеть ему заткнуться было затруднительно...

Проверка показала: действительно, в этих номерах, точнее в номере, где постоянно жил казанский помещик Сверчков, проходили оргии с участием детей. Участие в них принимали, например, помощник попечителя Казанского учебного округа, директора 1-й и 3-й казанских гимназий, профессор Казанского университета (не Мережковский, другой), издатель правой газеты... Упоминались также член городской управы (мэрии) и сам городской голова! А вербовала малолеток для участия в этих оргиях дочь статского советника из казанской казенной палаты (это вроде губернского минфина), сама гимназистка.

Дело о номерах "Франция" удалось-таки замять: подданного Австро-Венгрии убедили, что дочку лучше не травмировать необходимостью публично рассказывать о пережитом, а остальным родителям дали отступного в размере 30 тыс. рублей. Мережковскому же так не повезло: его дело стараниями матери Калерии дошло до петербургских полицейских чинов, и политические покровители дали  понять профессору: из страны надо уезжать.

Весной 1914-го Константин Мережковский в ужасе (во всяком случае, так это описывалось в брошюре "Исповедь Калерии", опубликованной пару месяцев спустя от имени его малолетней наложницы) бежал из Казани. Он жил во Франции, в Швейцарии, но рассказы о "казанском маркизе де Саде" перепечатали и европейские газеты, так что и за границей с ним не хотели знаться. В 1921 году он покончил с собой в гостиничном номере в Женеве, в последний раз в жизни использовав для этого навыки ученого-экспериментатора: Мережковский сконструировал устройство, с помощью которого к нему в легкие поступила смертельная доза ядовитого газа...