С кем нельзя ходить в пикет

Алина ГРИГОРЬЕВА
С кем нельзя ходить в пикет

Звонком в милицию закончилось бурное проявление гражданской активности, наблюдавшееся в Казани 31 января. Пикантно то, что позвонили в милицию вовсе не представители власти и даже не случайные прохожие, а сами активисты.

Вкратце сюжет таков: казанские предприниматели митинговали у здания мэрии на площади Первого мая. Мимо шли участники движения «Общественные активисты», собиравшиеся как раз устраивать пикет в поддержку Ирека Муртазина у здания прокуратуры. Активисты (а это преимущественно студенты и ребята чуть-чуть постарше) увидели предпринимателей и заинтересовались: санкционирован ли пикет? А, выяснив что нет, позвонили на пульт 02...

Из-за чего разгорелся сыр-бор в среде тех, кого у нас принято называть оппозицией, разбирался корреспондент «ВК».

«Мы не оппозиционеры, - сразу уточняет глава татарстанского отделения союза предпринимателей «Соцпроф» Сергей Ромодановский. - Профсоюз не может быть в оппозиции! И на митинг нас выгнала конкретная проблема — подняли налог на землю».

Но к предпринимателям явились непрошенные гости — глава казанского движения «Общественные активисты» Айрат Зямилов со товарищи. Понаблюдав за  коллегам, пикетирующими мэрию, активист уточнил у представителя исполкома: санкционирован ли митинг?  А затем взял да и позвонил в милицию.

 

У Айрата Зямилова, по его словам, раздражение вызвал не сам пикет, а место, где он шел — площадь Первого мая.

«Это моя любимая площадь. Места много и ближе к власти», - объясняет Зямилов. Но как раз власть, по его словам, почему-то очень  не любит, чтобы там проводили пикеты, рекомендуя  гражданам переносить их собрания в другое место из соображений их собственной же безопасности. Дескать, на площади перед мэрией всегда много молодоженов и экскурсий. Зямилов такие рекомендации уже получал. И, увидев две сотни человек с плакатами и растяжками, несказанно удивился: почему одним можно, а  другим нельзя.

«Исполком рекомендовал нам перенести митинг к театру Камала, - уточняет Ромодановский. - Но мы отказались. Исполком не может рекомендовать нам, что можно, а что нет».

Зато сам «Соцпроф», по словам Ромодановского,  рекомендует кому участвовать в его собраниях, а кто — пресона нон-грата: «С Бердниковым и Муртазиным мы договорились — вы к нам не ходите, мы к вам не ходим». Пакт о ненападении соблюдался до тех пор, пока на гражданской арене не появился новый борец за права — Зямилов.  Его также попросили не ходить к «Соцпрофу».

«Максим Ромодановский (глава студенческого крыла «Соцпрофа» - авт.) пригласил меня на свой пикет. Я согласился. Но на пикете мне дали понять, что будет лучше, если я уйду. Сказали, что я провокатор»,  - рассказывает Зямилов.

«Дискуссии между нами быть не может. Мне сказали: этот Айрат пять лет в белых штанах ходит и что-то бунтует. В одних и тех же штанах!» - возмущается Сергей Ромодановский. Зямилову и другим не дает покоя популярность «Соцпрофа», считает Ромодановский: его профсоюз выводит на митинги по две-три сотни человек, в то время как его оппонентам дай бог наскрести пятнадцать. Зямилов, в свою очередь, настроен весьма миролюбиво. Он считает, что пора бы уже всем общественникам объединиться в ассоциацию...

Выходит, не успели мы порадоваться всплеску гражданского самосознания, как на тебе... Вместо того, чтобы вместе отстаивать права и свободы, общественники выясняют отношения, да так азартно, что уже не разберешься: с кем можно ходить на пикет, а с кем нет.  Может, и вовсе лучше сидеть дома?..

«Студенты и филистеры всегда недолюбливали друг друга. Но поражает то, что организаторы одного митинга заявили на организаторов другого» - комментирует политолог, доктор политических наук, профессор кафедры политической и социальной конфликтологии КГТУ им. Кирова Сергей Сергеев. По словам политолога, раньше такая «апелляция к городовому» считалась занятием не очень порядочным. Эсеры никогда бы не сдали социал-демократов полиции, и наоборот.

«То, с чем мы столкнулись, — наследие тоталитаризма, - резюмирует Сергеев. - Чрезмерное использование силы со стороны государства развратило гражданское общество. Пока у нас такая оппозиция, власть может чувствовать себя спокойно».

Но, уточняет политолог, один случай — еще не показатель глобального процесса...

 

Предыдущий материал по теме:

Общественное обострение: 4 пикета в один день