"С татарским хором работать сложнее, в нем каждый мнит себя солистом"

Айгуль ШАРАФИЕВА
"С татарским хором работать сложнее, в нем каждый мнит себя солистом"

Когда студенты не попадают в ноты или замедляют темп, он, взъерошив прическу, с кличем "Матити!" начинает бегать у рояля. Но студенты совсем его не боятся: Ирнис Рахимуллин, заслуженный деятель культуры РТ, хормейстер Оперного театра, преподаватель и руководитель хора Казанской консерватории, руководит Татарским народным хором КФУ.  Поэтому  трижды в неделю, с семи до девяти вечера, студенты с первого по пятый курс приходят к нему после лекций, разучивают многоголосия и поют.  И так уже 45 лет.

На днях  хор КФУ отметил этот юбилей.  

- Ирнис Ахмадуллович, правда ли, что Марсель Салимжанов в свое время попросил вас не создавать мужской хор из артистов Камаловского театра, хотя с удовольствием  привлекал вас к созданию музыкальных спектаклей "Зэнгэр шэл", "Казан солгесе", "Монлы бер жыр"...

- Да, в музыкальной драме "Монлы бер жыр" была занята только мужская половина труппы, артисты исполняли многоголосные обработки народных песен. Я предложил Салимжанову: давай создадим хор - такие голоса пропадают. А он замахал руками: не вздумай даже намекать им об этом! Боялся, что у артистов не останется времени на репетиции. Сам я, конечно, люблю смешанные хоры, но мне было жаль. С российской сцены уходит мужская фактура,  сейчас с этим проблема и у певцов, и у инструменталистов.

- После телефестиваля "Вся Россия" на канале "Культура" критики писали, что "народное искусство" оставило ощущение "химии": что  казаки были похожи на ряженых, народные коллективы отдавали  суррогатом. Вам не показалось, что казанские танцоры, исполнявшие на фестивале  джигитовку, тоже выглядели, скажем так, по-балетному нежно?

- Вообще-то бездарная хореография способна сделать и из мужчин лебедей. К народному надо прислушиваться, работать с ним деликатно, любя.  По-моему, сейчас это удается  только Ансамблю песни и танца РТ, но  это отдельный долгий разговор.

- А что такое истинная аутентичность, по-вашему? Ведь про хоровое пение тоже говорят, что оно чуждо татарам, потому что  наша музыка-де  совершенно не полифонична. Хотя я видела  древнюю тюркскую фреску, на которой изображено, как оркестр из струнных и ударных инструментов  провожает всадников в поход. Вот тебе и материальное доказательство полифоничности, казалось бы.  Но с другой стороны, когда я услышала, как ученики Геннадия Макарова  исполняют татарские мелодии на таких вот "восстановленных" аутентичных  инструментах, то не узнала песни, знакомые с детства. Они стали какими-то  китайскими.

- Это вопрос компетентности  авторов обработки: понимают ли они, как  экзерсисы японско-китайской ориентации обходятся с нашим мелосом. Недавно состоялась премьера оратории Розы Мухетдиновой "Ветры Булгар" в исполнении пяти солистов, хора Таминдаровой и оркестра Абязова.  Очень приятная музыка, в которую легко окунаешься. Но это Восток, чистый Восток  с нотками советской песенной классики. Мне все-таки  ближе казанская композиторская школа: русский композитор Ключарев, который совершенно татарин, Музаффаров, Асгар Абдуллин, Загид Хабибуллин. Наконец, Шамиль Шарифуллин,  написавший первый концерт для хора. Эти классики  гармонизуют  народный мелос.  Другое дело, что сейчас их  мелодии вытесняет  рубль. Требования к музыке настолько понизились, что руководитель хоровой капеллы Ливанов как-то говорит  чиновнику: "Вы послушайте меня, я музыкант, я разбираюсь". А тот отвечает: я тоже музыкант, я на гармошке играть умею. Псевдокоммерческий подход диктует: кто богаче, тому и эфир, никакого ОТК.  

- Я слышала заявление, что  у татар особенное "горло" и "татарский" тембр  не похож на тембр русских, как голоса негров не похожи на голоса белых. Так ли это?

- Нет, по-моему, никакой генетически предопределенной разницы тембров не существует, есть просто исполнительские традиции.  У деревенских детей больше "мона" - таланта украшать  мелодии мелизмами. А когда таким образом пытаются петь  городские студенты, получается  искусственно. Задача хормейстера - наладить союз  "белых" с "рыжими". Но с татарским хором работать сложнее в том смысле,  что в нем каждый мнит себя солистом.  Татары созданы так, что на тысячу человек, может, найдется один, которому медведь на ухо наступил. Остальные выводят мелодии чистенько,  даже самыми малюсенькими голосками.

-  Таткнигоиздат выпустил сборник: 30 народных песен в вашей обработке из репертуара Татарского хора КГУ. Но ведь  этот хор  - единственный вузовский коллектив, который делает многоголосие "ушами", поют в нем деревенские дети, нот они не знают. Как  у вас получается, что новое произведение хор начинает петь на много голосов с первой же репетиции? Говорят, что вас когда-то заменял другой хормейстер, и он начал методично разучивать мелодию - ничего плохого, но у хора начался... ммм...

- ...сопромат. Сопротивление материала. У профессионалов есть практика: сначала разучить ноты, а потом начать работу над образом. С самодеятельным хором так не получится, им так неинтересно. В общем-то я и сам  не люблю констатацию,  "факт нотного исполнения": чего мне бюрократию, понимаешь, разводить, ЭВМщиков. Мне нужно, короче, искусство. (Смеется.) Это традиция, которую нам привил наш педагог, легендарный  Семен Абрамович Казачков. Он  считал, что с хором надо работать так же, как с оркестром, и что утверждением, будто это две разные вещи, прикрываются только  плохие хоровики.

- Расскажите о Казачкове, ведь это он привел вас, восемнадцатилетнего мальчика, руководить хором.

- Семен Абрамович очень любил своих учеников. Соберет, бывало, нас на свой день рождения и ставит одно и то же произведение в интерпретации разных дирижеров: Тосканини, Клемперера, Карояна, Мюнша. Угадайте, кто дирижирует? Казачков любил немцев, а мне был ближе Тосканини. Казачков привел меня в университетскую капеллу,  а  мне стало интересно сделать еще и татарский хор. Знаете, в царском университете  наряду с алгеброй и прочим в расписание  занятий входили хор, оркестр, театр, игра на музыкальных инструментах. Педагоги, занимавшиеся со студентами искусствами,  между прочим, получали жалованье ничуть не меньше работников науки.  Неудивительно, что первые татарские хоры организовал выпускник  Казанского университета 1872 года Степан  Смоленский. Слава о его поющих деревенских детях и учителях  пошла по всей России.  Прокурор Святого Синода Победоносцев, приехав в Казань  в 1885 году, написал  Александру III: "Кто не слыхал, тот не может себе представить всю особенность татарского пения детей и юношей,  столько в нем жизни и выразительности и такая задушевная простота". Затем с хором работали  Леонид Егорович Усцов и мы с Ливановым.

- На юбилейное торжество пришли все: политики, депутаты, деятели культуры, ученые, преподаватели, из-за обилия цветов было не протолкнуться.  Но из ректората не было никого.  Они к вам что, не заходят совсем?

- Нет, я сам четыре месяца пытаюсь попасть на прием. Меня  через секретаря спросили,  какова тема моего визита.  Я сказал:  хочу познакомиться с вашим ректором. Идите к  замам, сказали, а замы не решают эти вопросы. Нас уже несколько лет зовут на международный фестиваль в Венецию, организаторы услышали запись хора в Интернете, нужны деньги на поездку. Понимаете, хору нужно выступать, художественный коллектив не может жить без гастролей...

- Ирнис Ахмадуллович, вы создали и  45 лет  руководили хором, если решите сейчас уйти, то видите кого-нибудь своим преемником?

- Нет, люди просто посмеются, узнав, за какие деньги придется  работать...