В погоне за "Белым волком", или Как поэтесса обиделась на оркестр

Айсылу КАДЫРОВА
Фото Александра ГЕРАСИМОВА

В Казани завершился Второй международный литературно-философский фестиваль имени Николая Лобачевского. Впервые приняла в нем участие поэт Лидия Григорьева (Лондон). Вернее, впервые лично. Потому что в прошлом году проект "Фотопоэзия Лидии Григорьевой" представлял на казанском фестивале ее супруг Равиль Бухараев, ныне, увы, покойный.

Выступление Лидии Николаевны, которое прошло в минувшее воскресенье в гостиной Дома-музея Василия Аксенова, было очень эмоциональным. С трудом сдерживая слезы, она прочла "Мотылек и гиацинт" - одно из выдающихся стихотворений Равиля Бухараева.

А когда Лидия Григорьева стала отвечать на вопрос своего знакомого о судьбе либретто оперы "Ак буре" ("Белый волк"), которое Равилю Бухараеву заказал главный дирижер Государственного симфонического оркестра Татарстана Александр Сладковский, в уютной гостиной Дома-музея запахло скандалом. Вот что сказала Григорьева:

- Я обещала завершить либретто оперы "Белый волк", которое начал сочинять Равиль Бухараев. И сдержала обещание. Пришло время подписывать контракт. И тут случилась одна деликатная история, совершенно современная. В контракте я увидела пункт, который потряс меня до глубины души. Мало того что маленькие деньги полагались мне за работу либреттиста (то, что в Казани платят мало, я знала еще по казанским гонорарам Равиля). Шестьдесят тысяч рублей предлагали. Где угодно такая работа стоит триста тысяч!.. Я готова была бесплатно сделать эту работу, но что меня поразило - мне предлагали на первые три года отказаться от авторских прав. Вы можете представить себе поэта, который отказался бы от своих авторских прав? Когда я попросила указать хотя бы один резон, почему я должна отказаться от авторских прав, мне ответили: "У нас так принято"...

Я сказала, что не могу отказаться от своих авторских прав. Даже несмотря на то, что цена этого вопроса - четыре копейки с каждого прибыльного рубля. Отказаться от авторских прав меня просили на основании того, что Равиль, оказывается, подписал аналогичный контракт, его этот пункт с отказом от прав не смутил. Но Равиль работал консультантом в ООН, он получал огромную зарплату, которую я не получаю. Я сделала работу и, конечно же, хочу иметь авторские права!

В итоге я не согласилась отказываться от своих авторских прав, а со мной отказались подписывать контракт. Господин Сладковский за четыре копейки с рубля разрушил, во-первых, мою душу. Потому что я переживала страшно! А во-вторых, он оскорбил память Бухараева. Поймите, такой человек, как Равиль Бухараев, рождается раз в сто лет. Это Шаймиев сказал! Они что, найдут второго Равиля Бухараева, вторую Лидию Григорьеву?..

Поверьте мне, я писала либретто так, что не помнила себя. Мне как будто кто-то свыше диктовал. За двадцать дней написать сорок страниц стихотворного текста!.. А композитор работала по моей канве. То и дело писала мне: ой, как мне все нравится, ой, как удивительно - совершенно не видно, где начинается текст Григорьевой, а где кончается текст Бухараева! Потом она стала настойчиво просить финал либретто: мне так нужен финал, я без него не могу, он нужен мне для вдохновения!

И что же я? Я сочиняю потрясающий финал. И спокойно высылаю свою работу. Меня предупреждали, что нельзя высылать полный текст либретто до подписания контракта. Но я думала только о работе!..

Мне интересно будет сравнить, не повторяют ли тексты либретто "Белого волка" на татарском языке, которые якобы сочинил новый автор, с текстами Григорьевой и Бухараева на русском? У меня, знаете, ощущение сейчас, что меня обокрали. Я ведь не получила даже спасибо за свою работу! И мне очень интересно, что на мое заявление ответит дирижер Сладковский...

Вчера мы связались с маэстро Сладковским. Вот как он прокомментировал ситуацию с заказом либретто оперы "Белый волк":

- 1 октября 2011 года Государственный симфонический оркестр Татарстана и Равиль Бухараев подписали договор авторского заказа: Бухараев должен был написать либретто оперы "Белый волк" к февралю 2012 года. К несчастью, в январе 2012 года Равиль Раисович скончался, работа не была завершена, либретто оркестр не получил, обязательства по договору с Бухараевым были прекращены. 8 февраля 2012 года оркестр подписал новый договор - с Рузалем Мухаметшиным, который начал работу над либретто с нуля. Переделать работу вынуждена была и композитор Зульфия Раупова. В связи со сложившимися обстоятельствами постановка оперы "Белый волк" была отложена на 2013 год. Никаких договорных отношений между оркестром и госпожой Григорьевой не существует. Текст нового либретто она не видела. Госпожа Григорьева явно поспешила с обвинениями в плагиате в наш адрес...