Как заслуженного артиста Татарстана чуть на Центральном рынке не арестовали

На этой неделе в Интернете должны появиться видеоролики флешмобов с участием актеров Камаловского театра. Массовые акции, объединенные идеей «Театр - везде», снимали скрытыми камерами на железнодорожном вокзале Казани и в помещении Центрального рынка, причем спонтанно: заранее на них не приглашали ни зрителей, ни журналистов.Флешмоб, в котором солировал заслуженный артист РТ Фанис Зиганшин, явно пошатнул нервную систему одного из охранников Центрального рынка. Об этом (и не только) в интервью «Вечерней Казани» рассказал сам Зиганшин:- Серию флешмобов «Театр - везде» придумала замдиректора по маркетингу и PR нашего театра Айгуль Давлетшина. Она у нас генератор идей: в прошлом сезоне мы снимали видеосерию «Театр +», очень интересно получилось (наверняка можно найти эти ролики в Интернете)... А в этот раз цель у нас была такая: показать, что Камаловский театр уместен всюду.- Даже на рынке?- Даже на рынке! Именно там проходил флешмоб с моим участием: я разыграл сценку из пьесы Наки Исанбета «Хужа Насретдин». В костюме Хужи (по-восточному яркие халат и тюбетейка) я поднялся на стремянку (я сам принес ее на рынок, установил неподалеку от мясных рядов) и заголосил на татарском языке: «Эй, люди добрые, вы знаете, что я собираюсь вам сказать?». Послышались ответы: «Нет, мы ничего не знаем!». Тогда я говорю: «Ах, не знаете? Тогда какой толк мне здесь находиться?!». И начинаю спускаться со стремянки. Народ волнуется: «Стой, не уходи!». Я снова поднимаюсь, спрашиваю: «Так вы знаете, что я собираюсь вам сказать?! Знаете?!». Люди смеются и кричат: «Знаем!». Я говорю: «А, раз знаете, какой толк мне здесь находиться?!». И снова собираюсь уходить. Мне кричат: «Да говори ты уже!». Я снова останавливаюсь и говорю: «Так вы знаете, что я хочу вам сказать?». Мне отвечают: «Некоторые - знают, некоторые - не знают». Я хитро улыбаюсь и говорю на это: «А, пусть тогда те, кто знает, скажут об этом тем, кто не знает!»... И ухожу! Все смеются...- Людей на рынке играли артисты?- Нет, люди - торговцы, покупатели, - были настоящие. На всякий случай в толпе прогуливались двое студентов из Института культуры и искусств - будущие актеры, ученики Фарита Бикчантаева. Они помогали народу реагировать на меня «правильно». Хотя, помогать особо и не пришлось: каким-то удивительным образом они реагировали на Хужу Насретдина так, как написано в пьесе Наки Исанбета. Правда, никто, наверное, не понял, что я - Хужа Насретдин.- А за кого вас принимали?- За чудака. Только начал голосить, стали снимать меня на мобильные телефоны... А когда я просто шел со стремянкой, то, наверное, за торговца из Азии меня принимали: урюк, чернослив, специи...- Неужели никто не узнал вас?- Пока я играл свою сценку, меня кто-то дергал за полы халата. Я внимания не обращал. Уже когда спустился с лестницы, в меня вцепился охранник и попытался потащить в какой-то пункт. Но у него сил не хватило, он позвал на помощь напарника. Напарник бежит к нам, а как меня увидел, говорит: «Я не буду его арестовывать! Это артист. И он - мой земляк! Мы в одной деревне росли!». Первый охранник говорит: «Какой артист?! Хулиган! Такого здесь устроил!»... Короче говоря, охранники стали ссориться, я в этот момент прошмыгнул в театральный автобус. Немного погодя охранники зашли в наш автобус, извинялись. А тот, который оказался земляком... У нас с ним просто сюжет для передачи «Жди меня» получился!..- Столкновения с охраной войдут в видеоролик?- Не знаю. Я не в курсе, снимали ли этот эпизод операторы. Я вообще камер не видел на рынке. Только слышал, что с трех камер сценку мою снимали. - Вы только в одном флешмобе снимались?- Да. Очень волнуюсь за результат. Во втором флешмобе снималась группа актеров: они разыграли на железнодорожном вокзале сцену проводов Сиразетдина в Москву из спектакля «Банкрот». Про третий флешмоб ни слова не скажу: секрет. - Насколько мне известно, за всю серию флешмобов за хулигана приняли только вас?- Это ведь не впервые в моей актерской жизни. Помню, еще на втором курсе я играл Сганареля в дипломном спектакле Миляуши Закировой «Дон Жуан». Мы играли не на сцене - в комнате на первом этаже Камаловского театра, окна этой комнаты выходили на озеро Кабан. Режиссер так поставила, что я должен был отыграть эпизод в комнате, потом удалиться, а через как-то время со стороны улицы смотреть в окно комнаты - на то, как в этой комнате Дон Жан соблазняет Эльвиру! Смотреть и переживать. И вот, идет показ. Я отыграл свой эпизод, вышел на улицу, бегу к окну, но тут меня догоняют два милиционера и пытаются арестовать. А я так выглядел - в гольфах с бантиками, накрашенный... Ну а что вы хотите? Я играл персонажа из комедии XVII века!.. Говорю милиционерам: «Я - актер! Это театр! Это моя работа!». Они слышать ничего не хотят. Пока не вышли спасать меня наши ребята, меня не освободили...- Фанис, с какой роли начнется для вас новый сезон?- Сезон мы открываем 3 октября, в пятницу. По традиции - музыкальной драмой Карима Тинчурина и Салиха Сайдашева «Голубая шаль» в постановке Фарита Бикчантаева. Я играю в этом спектакле Галяви - прислугу Ишана, священнослужителя. Знаете, это уже вторая моя работа в «Голубой шали». Когда мне было 26 лет, я играл в «Голубой шали», ее тогда ставил Марсель Салимжанов, священнослужителя - Ишана. Обычно ведь Ишана играют в пенсионном уже возрасте, а Салимжанов вдруг увидел в этой роли молодого меня...Фото Александра ГЕРАСИМОВА
Подписывайтесь на нас в Дзен!
Следствие исключает одну тяжкую статью, однако добавляет другую — связанную с изготовлением и распространением детской порнографии. Разбираемся, кто участвовал в вечеринке и кто на этом «хайпится».
Уголовное дело бывшего сотрудника регионального МВД Марата Хайруллина ждёт приговора.
Градостроитель, член рабочей группы при российском Минстрое Дарья Толовенкова сформулировала ключевые технологические и градостроительные, архитектурные принципы для крупных прибрежных зон с учетом актуальных вызовов.
В суде по делу о крушении самолета Cessna-172 допросили владельца судна, допустившего до штурвала опасного пилота, ошибка которого стала причиной гибели двух человек. Предприниматель признался, что надеется на минимальное наказание.
По версии силовиков, схема хищения субсидий выглядела так: деньги уходили подставной компании, возвращались по причине ошибочного перевода, а первичные счета использовали для обмана управления сельского хозяйства.











