Можно только предположить, в какую кругленькую сумму проект обошелся организаторам (Некоммерческий фонд развития современной культуры, основанный в 2009 году российским миллиардером и меценатом Леонидом Михельсоном). О повторе беспрецедентной творческой акции речь пока не идет: кто успел, тот и увидел.
Руководитель проекта – один из самых успешных и востребованных композиторов современной академической сцены Роман Пархоменко. Приуроченное к трехлетию ГЭС-2 полуторачасовое действо Missa Stasis развернулось одновременно на шести площадках уникального пространства бывшей ГЭС на Болотном острове, буквально в пяти минутах от московского Кремля.
На публику воздействовали звуками, светом и видеоартом, добиваясь эффекта трансцендентальности. Свет в Missa Stasis рассматривается через теологическую призму – авторы ссылаются на электрические метаморфозы и архитектуру, используя метафорический язык. Дом культуры (ГЭС-2) показан здесь как храм света, который в свою очередь представлен как cantus firmus (старинная техника полифонического письма на неизменный напев). Архитектура здания и его внутренние детали (трубы, нефы и лестницы, напоминающие крылья ангелов) являются частью концепции, благодаря чему ему проект обрел органичную форму литургии-променада по свету.
Авторы выбрали пять точек памяти в пространстве ГЭС-2: Проспект, лестницы, Центральную платформу, Амфитеатр и Верхнюю платформу. Шестая точка (Роща) связывает предыдущие элементы и находится за пределами пространства. Каждая представляет собой автономную светоакустическую инсталляцию, в которой реконструируются исторические и социальные метаморфозы и функции ГЭС-2. Одним из центральных элементов мессы является хор, но в данном проекте его заменяют композиции, которые отсылают к электрическим схемам и процессам, связанным с развитием ГЭС-2. Перемещаясь среди инсталляций, зритель не просто наблюдает происходящие метаморфозы, но и становится частью этого хора. Форма и композиция променада – «Вариации заряженных частиц», перекликаются со схемами перемещения электрических зарядов и магнитных полей, завершая замысел проекта.
Променад во время исполнения только поощрялся: слушатели свободно перемещались по локациям, имея возможность максимально близко подойти к музыкантам. Скажем прямо, такой интерактивный подход невозможно применить в стандартных концертных или театральных залах, где слушатель априори пригвожден к статичному зрительскому месту, исполняя роль пассивного потребителя.
- Роман, поздравляю вас с мировой премьерой! Как вы стали участником художественной резиденции ГЭС-2 и кого пригласили в команду проекта?
- Сначала подал заявку с кратким описанием проекта, которую мне предложили детально разработать, и я жил в ГЭС-2 три месяца. Мне предоставили все возможности для творчества, и это не только условные «музыкальные апартаменты». На выделенный бюджет я мог докупить какие-то инструменты, нанять режиссера, сформировать команду. После презентации и обсуждения проекта стала известная дата премьеры – декабрь 2024-го, после чего выделили бюджет уже на реализацию проекта. Ровно год ушел у нас на подготовку к премьере. Я сам подбирал команду, в нее вошли режиссер Руслан Бицоев, 3D-художник Рита Валеева, Дмитрий Масаидов и Дмитрий Ершов (свет, программирование), видеохудожник Александра Голикова. Музыкальную партитуру исполнил Московский ансамбль современной музыки и CEAM Artists. Для создания звуковой картины я пригласил Центр электроакустической музыки (ЦЭАМ). Технологически созданием инсталляцией музыкального инструмента занималась студия Robohall.
- Подход к организации электроакустической мессы можно выразить предельно коротко – свободу зрителю!
- Так и задумывалось изначально. Перед мной стояла цель – попытаться воссоздать момент появления электрического чуда, превратившего станцию в храм Света (кстати, именно так его называл итальянский архитектор Ренцо Пьяно, который восстанавливал исторический комплекс под арт-центр). Что видится мне логичным: ведь именно с Болотного острова и началась в конце XIX века электрическая эра Москвы. Архитектурный комплекс бывшей электростанции меня вдохновил огромным сходством с католическим храмом (башни-часовни, фрески, балкон словно для церковного хора). В конце первой трети двадцать первого века нам трудно понять, почему сугубо производственные помещения строили столь замысловато. Остается только радоваться, что здание обладает такой причудливой формой!
- Жанр сочинения определен вами как месса, и традиционно это духовное сочинение.
- И все же писал я не о боге и не про нечто божественное. Моя месса – о зарождении электричества. Я уже говорил, что реставрировавший ГЭС-2 итальянский архитектор называл здание храмом Света. Сюжет выстроен вокруг истории появления электричества на Болотном острове, у которой большая интересная история. Поскольку проект проходил в формате променада, то каждая часть мессы: Kyrie eleison, Gloria, Credo, Sanctus, Agnus Dei – представлена как световая инсталляция. А инсталляция Ultima Cena расположилась в роще за пределами здания, ее было видно из любой точки здания. В музыке, свете, видео мы показывали этапы становления ГЭС-2 от трамвайного депо и электростанции до современного Дома культуры.
- Среди инсталляций удивил загадочный пузырь, внутри которого музыкант работает с оболочкой, и всем видны его ладони.
- Этот арт-объект тоже рождает множественный ассоциативный ряд: кокон-яйцо-чрево, как знак чего-то нарождающегося. Опять же ладони – как символ творения рук человеческих.
Месса звучала одновременно на всех площадках, то есть шесть сцен – шесть инсталляций: олицетворяющие огни пюпитры, а, например, подсвеченная Лестница – это вторая часть мессы, я назвал ее «Восхождение». Установленный на балконе орган также стал арт-объектом. У нас и концертная программка была оформлена как путеводитель, в котором указано, где какой объект и что означает.
- Роман, как обидно, что это был единственный показ! Возможно ли повторение, и если да, то где?
- Уже думаю об этом. Вряд ли ГЭС-2 второй раз предоставит площадку. Вижу Missa Stasis в лютеранском или католическом храме. А если говорить о родной для меня Казани, то тут только один подходящий вариант – фабрика Алафузова. Прямо идеально подошла бы! Увы, судьба этого пространства пока в подвешенном состоянии, но я допускаю, что казанцы услышат мессу Света будущей осенью.
- Резонансная мировая премьера в ГЭС-2 – аккордная точка вашего персонального и весьма удачного 2024 года. Чем удивите поклонников в следующем?
- Во-первых, сейчас продумываю программу очередной международной Synesthesia.
Во-вторых, пишу музыку к полнометражной спортивно-волейбольной драме режиссеров братьев Владимира и Олега Пресняковых «Финал» с Денисом Шведовым и Кристиной Асмус в главных ролях. Премьера ожидается в мае 2025 года.