Погиб? Сам виноват

10 октября прошлого года на строительной площадке технополиса «Новая Тура» погиб 21-летний рабочий Кирилл Крючков. Следствие, а затем и суд пришли к выводу, что ответственность за трагедию несут «пешки» - сам погибший и работавший с ним в паре экскаваторщик. Как будто на строительстве большого базара, разрекламированного как самая передовая и современная стройка в республике, не было ни руководства, ни ответственных за технику безопасности. Как будто технополис шабашники строили... Впрочем, как выясняется, так оно и было.

Студент КАИ Кирилл Крючков работал на стройке в свободное от учебы время подсобником. Оплата была почасовая - независимо от объема выполненных работ. Родителям он сказал, что платили наличными - раз в несколько дней, без оформления трудовых книжек и договоров с работодателем. В мобильном телефоне, с которым теперь не расстается его мама, сохранилась запись: «11 часов работы - 27 сен., 7 часов работы - 29 сен., 11 ч. раб. - 1 окт., 11 ч. раб. - 2 окт., 11 ч. раб. - 3 окт., 8 ч. раб. - 4 окт., 22 часа раб. - 5 окт., 8 часа раб. - 9 окт.». Следствие этой записью отчего-то не заинтересовалось. Светлана Крючкова говорит, что, когда она стала настаивать на приобщении этой записи к делу, ей сказали: «Ты сама могла ее внести в телефон».

ЧП произошло утром 10 октября, в неустановленное точно время. Указанный в документах промежуток с 8.00 до 9.35 вызывает вопрос, кто и почему тянул с вызовом полиции. Согласно обвинительному заключению, экскаваторщик Николай Никифоров и двое рабочих, в том числе Кирилл Крючков, самовольно решили разгрузить «КамАЗ» с пластиковыми трубами. Экскаватор в нарушение требований техники безопасности использовали вместо крана. Поскольку он для этого не предназначен, сдвинутая ковшом труба сорвалась, сбила с ног стоявшего в кузове Крючкова и размозжила ему голову, когда он упал на землю.

Рядом с телом Кирилла полицейские обнаружили строительную каску без единой царапины, хотя считается, что она слетела с головы подсобника от удара трубой. Экспертиза не нашла на каске следов крови, пота, слюны, волос. То есть доказательств того, что эта каска когда-либо была на голове погибшего, нет. Но должной оценки эти факты в ходе следствия не получили.

Николай Никифоров сообщил следователю, что указание разгружать трубы с помощью крана он получил по телефону от прораба организации-субподрядчика ООО «Современные Технологии Строительства» («СТС») Леонида Мартюхина. Но следствие ему не поверило, а когда Светлана инициировала еще один процесс - гражданский, с целью доказать факт трудовых отношений сына с ООО «СТС», уже Кировский райсуд пришел к выводу, что Никифорову верить нельзя, потому что он попросту хочет уйти от уголовной ответственности. Поверили Мартюхину, заявившему, что кран должен был прийти позже, а рабочие его просто дожидаться не захотели (странные они люди, при почасовой оплате за те же деньги могли не работать, а сидеть и ждать кран). «Кран в последний раз на той стройке работал в марте, а потом все разгружали экскаватором, - говорит Светлана Крючкова. - Но, кроме меня, об этом никто не хочет знать». Никто, как вы поняли, это следствие и суд.

В изъятой следствием с непонятным промедлением в два месяца документации ООО «СТС» обнаружились договор подряда с погибшим Крючковым, журнал инструктажа по технике безопасности и накладная на документы с подписями, якобы принадлежащими Кириллу Крючкову. Экспертиза, указав на несоответствия между этими подписями и образцами почерка Крючкова, сделала вывод, что подписи в документах ООО «СТС» «выполнены не Крючковым, а другим лицом»... Но это не нашло отражния ни в документах следствия, ни в ходе гражданского судебного процесса.

В связи с существованием неизвестно кем подписанного от имени Кирилла договора подряда с «бригадой подсобных рабочих», в которой он вдруг посмертно оказался бригадиром, расследовавшая несчастный случай с Крючковым комиссия пришла к выводу, что смертельный случай на стройплощадке технополиса «Новая Тура» не связан с производством.Тем самым с ответственных за соблюдение техники безопасности сотрудников ООО «СТС» была снята ответственность за трагедию. Правда, с этим выводом не согласились представитель Госинспекции труда в РТ, председатель комиссии Зайнутдинова и главный технический инспектор труда ТРО «Профсоюз строителей России» Глебов. Они выразили особое мнение о том, что такая связь налицо, а позже Зайнутдинова подтвердила свою позицию в Верховном суде РТ. Но и это не было принято во внимание.

Светлана Крючкова говорит, что следователь предлагал ей согласиться на рассмотрение в особом порядке уголовного дела в отношении экскаваторщика, которого сделали крайним в деле о гибели ее сына. Она отказалась.Зеленодольский горсуд сейчас рассматривает дело Николая Никифорова, в понедельник - очередное заседание. А Светлана, проигравшая гражданское дело против ООО «СТС» в районном суде после того, как апелляция оставила это решение в силе, готовит кассационную жалобу и надеется, что ее жалоба попадет на рассмотрение Президиума Верховного суда РТ: «Не один Никифоров виноват в смерти моего сына, должны ответить те, кто принял решение о разгрузке. Привлечь к ответственности тех, кто на самом деле виноват можно будет, только если суд подтвердит факт трудовых отношений...».