Обвиняемая во взятках директор Казанского медколледжа уехала под домашний арест - на своем «Ягуаре»

Задержанную еще в понедельник, 7 августа, Зухру Хисамутдинову отправили под домашний арест. По версии следствия, в деле о взятках директора Казанского медколледжа кроется 100 потенциальных особо крупных коррупционных эпизодов, однако пока ей предъявили обвинения только по четырем - на общую сумму в 250 тысяч рублей. «Особо крупный потенциал» дела следователи разглядели после обыска в доме подсудимой - там правоохранительные органы нашли 17,5 миллиона рублей.

Директора Казанского медколледжа Зухру Хисамутдинову доставили в суд в наручниках в окружении оперативников и родных. Мужчины из семьи обвиняемой, увидев камеры журналистов, полезли на них буквально грудью, агрессивно просили не вести съемку. Дошло даже до комичного: кто-то из родственников вплотную приставил затылок к объективу камеры журналиста «ВК». 

- Камеру убери! Ты снимать право имеешь? Мы засудим вас всех! - кричали на прессу родственники. Хисамутдинова попросила членов семьи сохранять хладнокровие и наотрез отказалась давать комментарии журналистам.

Усмирить родственников смог лишь адвокат директрисы Алексей Парамонов. Вместе с представителями правоохранительных органов они заслонили Хисамутдинову так, чтобы журналистам было труднее сделать фото. 

Представителей прессы в зале заседания действительно было очень много - среди них сложно было протиснуться.

Силовики уверены, что в коррупционной схеме Хисамутдинова была не одна, там орудовала целая группа лиц. 

Следователь СК по РТ Тимур Байгузин настаивал на том, чтобы отправить Хисамутдинову в СИЗО. Он аргументировал свою позицию стандартным набором: женщина может оказать давление на свидетелей, поскольку имеет доступ к личным делам студентов, их адресам и номерам телефонов родственников, а также скрыться.  Силовики считают, что найденные в доме 17,5 миллиона рублей нажиты незаконным путем - мол, даже с учетом всех премий зарплата подозреваемой будет составлять порядка 100 тысяч рублей, что не позволяет нажить такое состояние. 

Аргумент защиты о том, что это деньги с продажи квартиры, доставшейся в наследство, силовики тоже учли:

- Недвижимость была продана в 2006 году, если не ошибаюсь, по цене в районе шести-семи миллионов. Прошло уже больше 15 лет, поэтому утверждать, что 17 миллионов получены от продажи недвижимости, проданной 15 лет назад в три раза дешевле, нельзя, - подчеркнул Байгузин.

На это ответила сама Хисамутдинова: она утверждает, что ее муж долгое время работал на компрессорном заводе руководителем международного отдела и его зарплата была больше зарплаты директора завода. 

- У него огромный трудовой стаж, он работает с 1975 года. Как раз его доходы с моими, а я с 1983 года работаю в системе среднего медицинского образования, позволили накопить соответствующую сумму, – заявила Хисамутдинова. 

Эти деньги, по словам обвиняемой, откладывались на операцию мужа: у него онкопатология и через месяц мужчине назначена пересадка костного мозга.

Адвокат подсудимой Алексей Парамонов, ранее служивший в СК, основательно выстроил линию защиты вокруг здоровья своей клиентки и ее близких: он указал на диабет Хисамутдиновой, на то, что она, как врач, должна ухаживать за своей 88-летней матерью и мужем, которому вот-вот предстоит серьезная операция. Парамонов заверил суд в том, что его подзащитная не будет оказывать давления на свидетелей, поскольку просто не знает их, и является благонадежным гражданином своей страны: Хисамутдинова защитила докторскую, у нее есть звание почетного врача РТ и много других значимых наград в сфере медицины и образования.

- Каждый год в медколледж поступает до четырех тысяч студентов (по нашим данным, в Казанском медколледже всего учатся 3920 студентов. - «ВК»), их просто невозможно всех знать, - настаивает защитник. 

Парамонов указал на нестыковки обвинителя. Первая брешь следствия обнаружилась после вопроса адвоката: может ли Байгузин огласить сведения, которые указывали бы на то, что преступление совершено группой лиц? В материалах дела, по словам адвоката, этой информации нет.

Также следствие не указало, чем действительно подсудимая помогла абитуриентам при поступлении. В материалах дела фигурирует формулировка «проставляла абитуриентам баллы по экзамену». Но поступление в медколледж, как говорит Парамонов, происходит по школьному аттестату и единственный экзамен, который сдают абитуриенты, - психологический, оценка там выставляется по другой, не балльной системе, и выставляется она компьютером автоматизированно.

Суд встал на сторону защиты: в качестве меры пресечения 64-летней Зухре Хисамутдиновой избрали домашний арест – он продлится до 6 октября. Теперь директору Казанского медколледжа запрещается покидать свой дом, исключения - больница, суд и следственный отдел.

После выхода из зала суда Хисамутдинова обратилась к силовикам, назвав их действия «нарушениями и прессингом», - было видно, что женщина еле сдерживается. Досталось и журналистам: Хисамутдинова пожелала им вести себя «правильно». Но радость от освобождения все же взяла верх:

– Я еще в Минздраве Российской Федерации говорила, что за нашу страну я кому угодно пасть порву, - заявила Хисамутдинова. 

На вопрос журналистов, поступал ли кто-то по взяткам в колледж, педагог ответила, что нет. Выйдя из здания суда, фигурантка коррупционного скандала села в свой «Ягуар» не самой бедной комплектации и умчалась в закат.

Если вину Хисамутдиновой докажут, ей грозит до 12 лет лишения свободы.

Фото: Павел Хацаюк / «Вечерняя Казань»