Несколько слов для будущих поколений

Вчера истек месячный срок, в течение которого президент республики должен был подписать или вернуть в Госсовет РТ законопроект о референдуме. Этот документ ...

Вряд ли лет пять назад президентская рука дрогнула бы над подобным законопроектом. Вряд ли депутаты парламента спешили бы с принятием этого документа в те годы. За вычетом парламентских каникул, законопроект о референдуме в 2001 году прошел Госсовет за два месяца (на обычный уходит в среднем девять). Между тем и в затянувшейся президентской паузе, и в депутатской спешке отражается вся сложность и противоречивость положения республики после полуторагодовой эпопеи по приведению Татарстана в соответствие с Россией. Законопроект о референдуме - закономерный ее финал. Нет, он не содержит революционных требований и практически не противоречит российскому законодательству. Просто президентская подпись под законопроектом будет означать, что все сомнения относительно нового народного волеизъявления, которые гложут лидеров республики, будут отброшены. И республику ждет новый референдум. Природа сомнений в том, что если в 1992 году референдум стал пусть не началом, но главным оружием в политической войне между Казанью и Москвой, тореферендум в 2001-м может быть лишь всенародной ратификацией акта капитуляции. И вопрос только в том, какая будет капитуляция: безоговорочная или с оговорками? Как признают во властных структурах республики, любую попытку вынести на обсуждение не согласованный с Москвой вопрос немедленно пресекут на уровне даже районного суда. Поэтому не стоит ждать, что текст нового референдума будет даже отдаленно напоминать формулировки образца 92-го (на это рассчитывали депутаты Госсовета, форсируя законопроект). Скорее всего, на обсуждение будет вынесена новая конституция РТ. Уже известно, что ее текст редактируется федеральными юристами. Теоретически граждане республики могут высказаться против новой конституции, но в таком случае федеральный центр может в суде оспорить итоги референдума и ввести ее явочным порядком. Этот вариант предусмотрен российским законодательством. Хотя, разумеется, Москва не заинтересована в таком развитии событий, ибо с точки зрения международного права ее действия будут нелегитимны. И в будущем могут аукнуться. На этих опасениях и играют власти республики. В первой половине 90-х в Татарстане трижды успешно использовали пассивную форму протеста - отказ от федеральных голосований: при принятии Конституции РТ, на выборах в Госдуму и Совет Федерации. Вполне возможно, что руководство республики попросит граждан проголосовать против навязанной конституции. Авторитет Шаймиева среди населения республики достаточно высок. Так что перед угрозой референдума федеральный центр оказался заинтересован в том, чтобы текст новой конституции был признан и властями республики. А это признание - предмет политического торга, той самой капитуляции с оговорками. Оговорки - это сохранение в тексте новой конституции РТ слов "суверенитет" и "государство" по отношению к Республике Татарстан и сохранение Договора. Хотя бы формальное. Понятно, что на нынешнем историческом этапе воплотить в жизнь эти положения не представляется возможным. Но времена меняются. Рустам ВАФИН