Прокуратура Татарстана оценила похищение «красного смотрящего» в 24 года колонии
Предполагаемые сообщники ныне покойного республиканского «положенца» Вадима Липского по прозвищу Бургомистр готовятся выслушать приговор.
Прокуратура Московского района Казани просит отправить предполагаемых похитителей Павла Куканова, известного в криминальных кругах как Пашу Ростовского, в колонию строгого режима на 24 года. Для подсудимых Айдара Лутфуллина, Алексея Лобетова и Рубена Амиряна гособвинитель Айрат Зарипов запросил 8,5 года, 8 лет и 7,5 года лишения свободы соответственно.
Тем временем защита надеется на прекращение уголовного дела, сославшись на грубые противоречия в показаниях потерпевшего. Так, сторона утверждает, что в период своего «пленения» подсудимыми Ростовский ел с другом шашлыки на озере и навещал свою подругу в колонии.
Похищение по-татарстански
Помимо похищения (пункты «а», «в», «з» части 2 статьи 126 УК РФ) Лутфуллину, Лобетову и Амиряну вменяется также и эпизод «грабежа» (пункт «б» части 3 статьи 161 УК РФ) — по версии следствия, подсудимые, заручившись поддержкой «положенца» по Татарстану Вадима Липского, похитили Куканова за «нарушение правил поведения, установленных в криминальной среде», а после, угрожая расправой, стали вымогать у него 350 тысяч рублей, однако похитили даже больше.
Так, в своей речи прокурор Айрат Зарипов отметил, что из бумажника, находящегося у Куканова, подсудимые украли 180 тысяч рублей. Также у потерпевшего были похищены сотовые телефоны «Айфон», «Асус», планшет «Айпад», 4 тысячи рублей из мобильного приложения банка и часы «Breguet 740» стоимостью «не менее 700 тысяч рублей».
Но что можно считать нарушением правил криминального мира? Следствие считает, что Куканов перед тем, как стать «смотрящим» в татарстанской ИК-2, якобы скрыл от «вора в законе» Резо Пецо свой статус «общественника», то есть человека, сотрудничающего с администрацией колонии. Согласно «арестантским правилам», такой человек не мог находиться среди первых лиц преступного мира.
По версии обвинения, похитили Куканова 29 апреля 2017 года, а вырваться из «плена» он смог ранним утром 30 апреля. Вот как все, по версии следствия, начиналось: узнав, что Паша Ростовский освободился из колонии, где скрыл свой статус «общественника», ему позвонил Липский и договорился о встрече. «Положенец» просто попросил его спуститься к подъезду у дома № 41 по улице Академика Королева в Казани.
Там, уверены силовики, его встретили несколько человек — это сам Липский, а также троица подсудимых: Лутфуллин, Амирян, Лобетов. Потерпевшего затолкали в машину, надели мешок на голову и вывезли за город, где держали прикованным к батарее, выясняя, каким имуществом тот располагает.
И выяснили: Куканов рассказал, что у его «подруги» лежат его золотые часы стоимостью в 700 тысяч рублей — мужчине вернули отобранный ранее телефон, тот позвонил Юлии Фоминой и договорился о встрече. Девушка принесла часы, Куканов и по-дружески обнимавшие его похитители их забрали и поехали в квартиру потерпевшего, откуда забрали ценную технику, рассказывал Ростовский в суде.
Оттуда фигуранты дела отправились в квартиру своего знакомого, по пути заехав в ломбард оценить часы и в магазин за продуктами.
— Там разложили продукты, выпивку, предложили мне выпить. Я вместе с ними покушал, потому что я был голодный: все эти дни, которые меня держали в частном доме, меня никто не кормил. Естественно, покушали, предложили выпить. Ну, я там чисто символически, чтобы успокоиться, выпил, все остальное выпили они. Я сказал, что себя плохо чувствую, так как не спал все это время, нервничал, переживал, устал, хочу поспать. <...> Я зашел в эту комнату, лег, Лутфуллин уехал, он в подъезд не заходил, уехал, остался Амирян и Лобетов. Они остались также распивать алкоголь, я сделал вид, что уснул. И под самое утро, когда был уверен, что они уснули, я осторожно пошел по комнате, вышел с кухни на балкон – там было открыто окно. Под балконом проходила газовая труба, спустился по трубе, вышел за дом, встретил прохожего, спросил, где тут ближайший отдел полиции, и побежал туда, – рассказал Павел Куканов во время своего допроса.
Дальше сотрудники МВД нагрянули в квартиру, где находились Амирян и Лобетов, — «рейд» сопровождал и Куканов, при нем проводилась опись похищенного имущества, и потерпевший попросил отметить сотрудников, что от часов есть лишь коробка. После чего последовало задержание подсудимых и освобождение при помощи Липского — тот, по словам Куканова, убедил его написать объяснительную о том, что оговорил своих знакомых из-за того, что перепил.
И Куканов написал, потому что, как говорит, был напуган. Из полиции мужчина забрал телефоны, умные часы, золотое кольцо, но не «Айпад» и «Breguet 740» — торопился. После этой ситуации он покинул Татарстан и скрывался в Горно-Алтайске, однако и там потерпевшему продолжал звонить Липский, напоминая о долге за проступок «на лагере». Сам же Ростовский утверждает, что Резо Пецо был в курсе о его прошлом, когда назначал того «смотрящим».
По словам Куканова, «вору в законе» нужно было разрешить конфликт с администрацией колонии — якобы «на двойке» арестанты устроили голодовку и потому он попросил Куканова стать смотрящим и решить эту проблему, с которой потерпевший, кстати, справился. Так, по крайней мере, Ростовский говорил в суде.
А было ли похищение?
Версию защиты по этому эпизоду в прениях сторон представил казанский адвокат Вадим Максимов — в суде он отстаивает интересы Айдара Лутфуллина. По словам юриста, все обвинение по эпизоду его доверителя держится исключительно на словах Куканова — судимый 10 раз потерпевший дает нужные следствию показания, чтобы «выбить» для себя меры госзащиты, уверен адвокат.
В качестве подтверждения этой версии адвокат говорит о непоследовательности Куканова. О своем похищении он заявлял в 2017 году — и решил вспомнить эти события спустя пять лет, находясь в колонии. Почему? Защита считает, что с Кукановым решили расправиться в колонии за то, что он скрыл от авторитетов криминального мира статус общественника перед тем, как стать смотрящим в ИК-2. Чтобы спасти себя, Куканов и решил встать под госзащиту — стал давать показания на «Липского и Ко».
При этом адвокат Максимов отмечает, что тон заявления Куканова носит ультимативный характер: он угрожал правоохранителям забрать заявление, если силовики его не защитят. Отметим, что последний срок Паша Ростовский получил в 2021 году — его осудили за мошенничество. Сегодня же мужчина числится пропавшим без вести в зоне СВО.
Но что насчет других доказательств защиты? Сторона приобщила к делу фотографии Паши Ростовского, сделанные в день своего похищения: в районе 13 часов дня 30 апреля 2017 года он находился на Лебяжьем озере в компании своего друга — вместе они покупали шашлык у предпринимателя Насибова. Дата и время сделанной фотографии сходится с банковским переводом со счета Куканова на счет Насибова — в суде последний пояснил, что деньги ему могли быть отправлены только за шашлык.
Интересно также и то, что утро 30 апреля Ростовский начал с перевода с пометкой «Кате Малых», вечером потерпевший сделал еще один перевод с сообщением «Люблю Катю». При этом в тот же день, 30 апреля, Куканов навещал Малых в колонии — у них было краткосрочное свидание.
Похоже ли это на похищение? Защита сомневается, а вот прокурор нисколько — гособвинитель просит относиться критически к документу, свидетельствующему о посещении Ростовским колонии: никаких других доказательств визита потерпевшего туда нет, при этом в официальной бумаге имеются «замазки».
Адвокаты Лобетова и Амиряна Елена Логачева и Венера Вафина обращают внимание суда не только на официальный ответ ФСИН, но и на характер банковских переводов Куканова: неужели его «держали в плену», завладев телефоном, ради того, чтобы по тысяче-полторы похищать деньги?
Также подсудимый Лутфуллин с февраля по июль 2017-го проходил дневной стационар — лечился от вирусного гепатита, тяжело переносил лекарства и находился в депрессивном, астеническом состоянии. Грубо говоря, был в состоянии «овоща», утверждает адвокат Максимов. При этом на руках у Лутфуллина находился больной отец, за которым требовался каждодневный уход — тот пережил инфаркт.
Защита требует оправдать Лутфуллина, Амиряна и Лобетова.
Другие эпизоды дела Липского
Помимо похищения Куканова в деле имеются и два других эпизода — это вымогательство 900 тысяч рублей Максимом Меновым у учредителя ООО «Ар-Строй-Групп» Айдара Сагирова. И нанесение тяжких телесных подсудимым Артуром Камалиевым — потерпевшим по его делу проходит Вадим Кузнецов.
Первое преступление связано с бизнес-вопросом ООО «ТТТ», интересы которого представлял Менов — в марте 2022 года компания заказала у «Ар-Строй-Групп» арматуру на сумму почти 1,2 миллиона рублей, через неделю после заключения договора поставщик исполнил свои обязательства на 650 тысяч — остальное обещал позже.
Менов, как следует из обвинительного заключения, решил, что поставленной арматуры достаточно, а деньги за непоставленную нужно вернуть. Начались «переговоры», Сагирову вдруг объявили, что сумма долга теперь составляет 900 тысяч рублей — силовики считают, что долю от этого дела должен был получить Липский, однако закончилось все обращением Сагирова в полицию.
Менов частично признал вину и заявил, что руководствовался лишь возвращением долга своей компании, при этом никакого предварительного сговора с Липским у него не было — фигура «положенца» появилась в истории лишь в ответ на привлечение Сагировым к разговору «каких-то странных людей», говорит подсудимый.
Что же до эпизода Камалиева, то он касается «наказания» Кузнецова за его проступок в колонии. Вместе с подсудимым потерпевший отбывал наказание — и перед проверкой администрации пронес к тому алкоголь. Камалиев напился и начал себя буйно вести. Все это увидели члены московской комиссии и отправили мужчину в ШИЗО.
Уже освободившись, Камалиев, как считает следствие, решил «наказать» Кузнецова — вместе с Липским он подъехал к нему домой, состоялся разговор, подсудимый несколько раз ударил потерпевшего по лицу, после чего избивать Кузнецова стал Бургомистр. Итог: несколько сломанных ребер и статья о нанесении тяжких телесных.
Подсудимый признал вину частично и попросил суд квалифицировать его действия как «самоуправство». Адвокат Камалиева Борис Маслов отметил в прениях сторон, что Кузнецов не имеет претензий к его доверителю, поскольку он помог ему с восстановлением, при этом «наказание» он считает оправданным — события в колонии мужчина называет своей ошибкой.
И Менов, и Камалиев попросили суд не назначать им реальное лишение свободы, в то время как прокурор запросил для обвиняемых по 7 и 6 лет «строгача» соответственно.
Подписывайтесь на нас в Дзен!
Нововведения позволят чаще отключать газ без предупреждения, а подключить его обратно станет сложнее. Для сохранения колонки в доме «нужно просто сделать определенный набор действий, и всё будет хорошо», говорят специалисты.
После новогодних праздников обновились ценники на молочную продукцию. Так, за пакет сметаны просят до 175 рублей. Однако официальная статистика и производители уверяют — резкого роста не было.
Из-за безымянного циклона страдают и жители, и городские службы. За сутки выпала треть месячной нормы, а снег продолжит идти ещё несколько дней.
В 2025 году рынок труда трансформировался: дефицит вакансий сменился избытком кандидатов, а требования к соискателям возросли. Каких сотрудников ищут работодатели, рассказал специалист рекрутингового агентства HR-Profi.
Министр культуры помимо рассказа о многочисленных успехах отрасли довольно жестко дала понять, что имена заваливших работу вывесят на доску позора, а потенциальных махинаторов выведут на чистую воду.
