За летние месяцы российская валюта значительно ослабла: к концу августа официальный курс по отношению к доллару превысил 86 рублей, тогда как в конце мая он колебался на уровне 70 рублей. Общее снижение за июнь-август превысило 20%. Рубль традиционно укрепляется в пиковые даты фискальных платежей компаний-экспортеров, так как в эти дни они активно продают иностранную валюту и ее предложение на рынке увеличивается. Однако в августе этого не произошло.
Что уронило рубль?
Причинами ослабления эксперт по фондовому рынку «БКС Мир инвестиций» Михаил Зельцер называет сильный дисбаланс спроса и предложения валюты на рынке, которое произошло на фоне кратного увеличения Минфином покупки валюты в рамках бюджетного правила и завершения Банком России операций зеркалирования (практика, при которой регулятор совершает на внутреннем валютном рынке операции, зеркально отражающие действия Минфина и связанные с управлением средствами ФНБ. — «ВК»). В результате предложение ликвидности резко сократилось. Все это сопровождалось обострениями политических конфликтов, что привело к массовому уходу от риска и покупке твердых валют и валютных инструментов. К этому присоединились эффекты от атак на топливную инфраструктуру и санкций: экспортеры завозили меньше валюты, а импортеры усилили отток капитала. Плюс ко всему регулятор продолжил смягчение денежно-кредитной политики, а это априори играет против нацвалюты.
На фоне данных факторов курсы инвалют к началу осени обновили полуторагодовые максимумы: цена доллара взлетела до 87 рублей, евро - под 101 рубль, а юань достиг 13 рублей. С приходом сентября дисбаланс факторов ослаб, что и позволило рублю отбить 4% потерь: доллар откатил к 84 рублям, евро — под 98 рублей, юань уже был ниже 12,5 рубля.
В Т-Инвестициях выделили несколько факторов летнего ослабления. Во-первых, Минфин вернулся к валютным операциям с мая. Покупки валюты ведомством компенсируют поддержку, которую рублю могли бы оказать высокие мировые цены на нефть. Во-вторых, спрос на импорт и на валюту рос в сезон отпусков. Увеличение спроса на импорт также было связано с реализацией отложенного потребительского спроса на товары длительного пользования во втором квартале. Наконец, с июля на фоне топливного кризиса был ограничен экспорт нефтепродуктов, начался импорт бензина, что ухудшило торговый баланс.
— Майские уровни курса рубля, от которых происходило ослабление, мы рассматривали как «переукрепленные», то есть летняя динамика — в большой степени нормальная коррекция, и точно не является каким-то рукотворным процессом, который можно связать с бюджетной стратегией, — подчеркнула главный экономист Т-Инвестиций Софья Донец.
Пока курс рубля скорее более комфортный для всей экономики, чем был курс около 70 рублей за доллар, добавила собеседница «Вечерней Казани». Проинфляционный эффект такого движения эксперт считает минимальным, так как уровни курса выше 90 рублей за доллар оставались устойчиво внесены в цены импортных товаров «на полке» еще с позапрошлого года. Пока курс не закрепится на уровне 95 рублей и выше, Донец ожидает минимальный эффект на инфляцию.
— Для бюджета рубль выше 80 рублей за доллар благоприятнее, чем 70 рублей за доллар, но подчеркнем, во-первых, что Минфин за последние годы доказал, что не пытается влиять на рубль, а подстраивается к рыночному, а во-вторых, бюджет 2026 года вообще-то верстался под средний курс 92 рублей, то есть мы все еще далеки от него (средний ниже 80 рублей за доллар с начала года), и в итоге бюджет недоберет нефтегазовые доходы до плана по итогам года, — поделилась эксперт.
Персональный брокер Инвестиционного Банка «Синара» Илья Соколов согласился с мнением, что главной причиной летнего ослабления стала не паника и спекуляции, а физическое сокращение предложения валюты на внутреннем рынке. Продажи валюты крупнейшими экспортерами упали с 7,6 миллиарда долларов в июне до 2,2 миллиарда долларов в июле-августе. При этом сама валютная выручка экспортеров сократилась незначительно. Основная часть просто не возвращается на внутренний рынок.
Как слабая нацвалюта отразится на экономике, бизнесе, домохозяйствах?
Доктор экономических наук, профессор КФУ Игорь Кох рассказал, что при сильном рубле потери в первую очередь несет бизнес, ориентированный на экспорт (экспортная выручка в рублевом эквиваленте снижается, а затраты остаются те же самые), а также конкурирующий с зарубежными компаниями на внутреннем рынке (цены импортных аналогов снижаются). Это не только добывающие компании, но и сельское хозяйство, и химическая промышленность, и машиностроение, и металлургия, и производство большинства потребительских товаров, и многие другие отрасли. Ослабление рубля, напротив, предоставляет внутренним производителям преимущества.
Для тех компаний, которые в значительной степени ориентированы на импорт товаров, сырья, комплектующих, оборудования, ослабление рубля является нежелательным развитием событий. Импорт, наоборот, становится дороже.
Бюджет, наполнение которого во многом зависит от налоговых платежей экспортеров и внутренних производителей, при слабом рубле пополняется лучше, чем при сильном, подтвердил Кох. При формировании федерального бюджета на 2026 год среднегодовой курс рубля был заложен на уровне 92,2 рубля за доллар, напомнил он.
— То есть даже при сегодняшнем курсе запланированные параметры бюджета выдержать сложно, несмотря на аномально высокие цены на нефть и газ: нефть Brent уже торгуется выше 100 долларов за баррель, а российские сорта нефти, особенно дальневосточная, продаются уже примерно за 120 долларов, — обратил внимание Кох.
Персональный брокер Инвестиционного Банка «Синара» Илья Соколов заметил, что ослабление рубля передается в потребительские цены поэтапно. Сначала дорожают импортные товары и компоненты, затем продукция российских производителей с импортной составляющей, после этого — через зарплаты и инфляционные ожидания.
Сильнее всего на ослабление рубля реагируют категории с высокой импортной составляющей: автомобили и автокомпоненты, электроника и бытовая техника, лекарства и медицинское оборудование, импортные продукты, туризм и зарубежные услуги. Для населения же важен не сам курс доллара, а соотношение роста цен, зарплат и сбережений.
— Даже при сохранении номинального роста зарплат часть домохозяйств может столкнуться с ухудшением уровня жизни из-за подорожания товаров длительного пользования и услуг, — предупредил Соколов.
Аналитик отдела анализа финансовых рынков «КИТ Финанс» Илья Кузьминых обратил внимание на краткосрочный положительный эффект на бюджет от ослабления рубля: экспортная выручка номинирована в валюте, а обязательства исполняются в рублях. В то же время Кузьминых заметил, что в долгосрочной перспективе расчет сложнее. Слабый рубль увеличивает рублевую стоимость импортной составляющей госзакупок, оборудования и инвестиционных проектов, ускоряет инфляцию, а вслед за ней индексацию социальных обязательств и тарифов. Повышенная инфляция удерживает ключевую ставку на высоком уровне, что делает дороже внутренние заимствования, которыми финансируется дефицит. Выигрыш от курса проявляется в пределах нескольких кварталов, а выросшая расходная база остается в бюджете надолго.
Государству невыгодно искусственно ослаблять нацвалюту
Учитывая, что уже были повышены налоговые ставки и тарифы, а деловая активность значительно снизилась, источники доходов для бюджета исчерпаны. В подобных условиях рабочим инструментом стимулирования поступления валютных средств остается ослабление национальной валюты.
Тем не менее Соколов не согласился с этим мнением: девальвация, по его словам, не создает валюту, а лишь меняет рублевую стоимость уже существующей выручки. Если экспортеры не возвращают валюту на внутренний рынок, слабый рубль не гарантирует роста продаж долларов и юаней внутри страны. Более того, возникает риск «девальвационной ловушки».
— Для компенсации снижения нефтегазовых доходов требуется более слабый рубль, но сама девальвация разгоняет инфляцию, увеличивает расходы бюджета и вынуждает Банк России дольше держать высокие ставки. В результате следующий этап ослабления нужен уже не для развития, а для компенсации последствий предыдущего, — пояснил он.
Последствием такой стратегии может стать то, что экспортеры станут дольше удерживать валюту как защитный актив, импортеры ускорят закупки валюты в ожидании дальнейшего ослабления, увеличится спрос на валюту со стороны населения, инфляция снизит реальную ценовую конкурентоспособность российских производителей, дорогое финансирование ухудшит инвестиционный цикл, а бюджетные закупки и обслуживание долговых обязательств подорожают.
В долгосрочном плане ставка на слабый рубль не заменит структурные источники доходов. Она может временно сократить дефицит, но одновременно усиливает инфляцию, снижает покупательную способность и повышает требования к процентным ставкам и индексации бюджетных расходов, уверен Соколов.
Перспективы рубля
Аналитик ФГ «Финам» Александр Потавин сообщил, что в настоящее время торговля валютой на межбанковском рынке идет возле отметки 84,5 рубля — это средние уровни марта этого года. Другие сырьевые валюты на фоне столь высоких цен на нефть укрепляются, в то время как рубль едва балансирует, чтобы вновь не ослабнуть.
— Дело в том, что в августе Россия добывала в среднем 8,7 миллиона баррелей в сутки. Это на 160 тысяч баррелей меньше, чем в июле, — это крупнейший месячный спад добычи нефти с декабря. Это стало следствием усиления украинских атак на российские НПЗ и экспортную инфраструктуру на Черном и Балтийском морях, — пояснил эксперт.
В сентябре ситуация стала более стабильной — в пользу курса рубля сыграло значительное снижение объемов покупки валюты Минфином. С 4 сентября ведомство сократило нетто-покупки валюты в ближайший месяц до 1,9 миллиарда рублей в день против 5,9 миллиарда в день за предыдущий месяц. Это означает, что спрос на валюту со стороны регулятора сократится на 67% — позитивный фактор для динамики курса рубля.
— По крайней мере, рубль станет вести себя более стабильно. Этот фактор будет оказывать поддержку курсу рубля как минимум до начала октября, — прогнозирует Потавин.
В помощь российской валюте также играют высокие цены на нефть. Эксперт обратился к данным Минэкономразвития, согласно которым нефть марки Urals с 59 долларов за баррель в июле поднялась до 67 долларов в сентябре. Это, по мнению собеседника, позволяет рассчитывать, что в сентябре-октябре произойдет приток валюты на внутренний рынок, что также усилит позиции рубля.
В «Финаме» прогнозируют, что курс доллара в декабре будет в районе 90 рублей. Соответственно, курс доллара на сентябрь мы ждем в диапазоне 83-87 рублей.
Доллар по 100 рублей: насколько это возможно?
Михаил Зельцер уверен, что шоковый сценарий в виде 100 рублей за доллар невозможен: в условиях ограничений в торгах долларом и евро, переориентации на юань факторов для трехзначного курса доллара попросту нет.
К факторам стабилизации курса нацвалюты Зельцер отнес обновленные лимиты Минфина покупки валюты в 3 раза относительно августа, паузу ЦБ в снижении ставки, смягчение геополитической напряженности и сокращение спроса на защитную валюту со стороны спекулянтов.
— Эффект от летней девальвации еще только предстоит оценить: импортные товары могут подорожать. А вот для бюджета страны состоявшееся летом ослабление курса - это позитивный знак: рублевый дефицит за счет более низкого курса рубля снизится, — прогнозирует Зельцер.
Соколов выделил три сценария, по которому будет развиваться динамика валютного курса. Базовый сценарий предполагает частичное восстановление продаж валюты экспортерами, сохранение высокой ключевой ставки и отсутствие нового внешнего шока. В этом случае курс будет колебаться в диапазоне примерно 82–86 рублей за доллар.
Негативный сценарий реализуется при слабом экспорте, дальнейшем удержании выручки за рубежом, ухудшении бюджетных ожиданий, снижении нефтяных цен или новом геополитическом риске. Тогда возможен выход выше 90 рублей с движением к 95-100 рублям за доллар.
Позитивный сценарий предполагает возврат репатриации экспортной выручки к обычному уровню, более высокие цены на нефть с лагом и восстановление валютного предложения. В этом случае возможен возврат в район 78-83 рублей за доллар.
Соколов не исключает, что курс может приблизиться к 100 рублям за доллар, но подчеркивает, что это не базовый сценарий. Для его реализации потребуется сочетание нескольких факторов: дальнейшее сокращение валютных продаж экспортерами, слабая нефтегазовая выручка, ухудшение бюджетных ожиданий, сохранение высокого спроса на импорт или новый внешний шок.
— Более вероятен сценарий высокой волатильности с широким диапазоном колебаний, чем линейного падения рубля к 100 рублям, — поделился эксперт.
Аналитик инвестиционной компании АКБФ Александр Осин не закладывает курс около 100 рублей в базовый сценарий. Основной причиной он считает слабую реакцию рынка на фундаментальные предпосылки снижения курса российской валюты, прежде всего к китайскому юаню, в кратко- и среднесрочном периоде. На это повлияло разрушение биржевого рынка торговли долларом и евро, а также среднесрочного сокращения рыночной ликвидности.
Управляющий эксперт Центра аналитики и экспертизы ПСБ Денис Попов прогнозирует ослабление национальных валют развитых и риск долгового кризиса, вызванного их экономическими проблемами.
— Поэтому для правильной диверсификации инвестиционных портфелей с учетом валютных рисков следует уделять внимание юаню и золоту, а не доллару и евро, а также российским финансовым инструментам, стоимость которых зависит или привязана к этим активам, — поделился рекомендацией эксперт.
По мнению аналитика ПСБ, основное ослабление рубля, которое прогнозировалось на 2026 год, уже реализовалось в третьем квартале. Прогноз банка на конец года не изменился: около 85 рублей за доллар и 12,6 рубля за юань.