Более четырех часов длилось последнее заседание по делу Инессы Куляжевой — бывшей супруги Игоря Куляжева, замруководителя исполкома Казани по вопросам благоустройства. Этого времени Московскому райсуду города не хватило, чтобы основная фигурантка дела завершила свое выступление в прениях сторон — уже второе за последние несколько месяцев.
Напомним, что первая часть выступления Инессы Куляжевой была посвящена связи ее бывшего мужа с ныне арестованным Станиславом Шевыревым — заместителем директора ООО «Волга-Автодор». По версии подсудимой, именно Шевырев посоветовал чиновнику обратиться к его «безопаснику», слова которого лежат в основе обвинений по ее делу. Куляжева считает, что Шевырев испугался обнародования информации еще и о своих теневых активах.
Последнее же заседание было посвящено конкретным «грехам» замруководителя исполкома Казани — подсудимая охотно озвучивала их, делая ремарку: слышала все лично от Игоря Куляжева. При этом бывшая супруга чиновника обвинила двух своих предполагаемых сообщников во лжи.
Обвинение и взгляд прокуратуры
Инессе Куляжевой вменяется один эпизод «вымогательства, с целью получения имущества в особо крупном размере» (часть 3 статьи 163 УК РФ). Максимальное наказание по этой статье составляет 15 лет лишения свободы, однако прокуратура запросила для подсудимой 8 лет общего режима, причем запрашивать наказание пришлось в два захода.
Сначала гособвинитель Ленар Миннибаев попросил суд признать Куляжеву виновной в вымогательстве имущества и денежных средств в размере пяти миллиардов рублей. Позднее позиция надзорного ведомства изменилась на вымогательство исключительно денег, поскольку имущество, которое Куляжева, по версии обвинения, требовала от своего бывшего мужа, ему не принадлежит.
Отметим, что образующим признаком вымогательства является угроза — в случае Куляжевой следствие под угрозой понимает намерение женщины обратиться в правоохранительные органы и СМИ с заявлением о наличии у Игоря Куляжева миллиардных теневых активов. При этом силовики считают, что собранные бывшей женой чиновника сведения являются ложными.
Куляжева в свою очередь настаивает на их правдивости — чтобы подтвердить у бывшего мужа наличие скрытого имущества, она наняла «частных детективов», некогда служивших в МВД Татарстана. Александр Прохоров и Руслан Заббаров составили «справку» о доходах и имуществе, связанном с замруководителя исполкома Казани. Прошлись бывшие силовики и по близким Игоря Куляжева: его сожительнице Диане Забродиной и по другу Станиславу Шевыреву.
Так, Прохоров и Заббаров «нашли» у Забродиной квартиру в центре Казани, которую она купила за 4 миллиона рублей, в то время как предыдущие владельцы недвижимости продавали объект за 11 и 12 миллионов рублей. При этом на мать Забродиной оформлена квартира в Геленджике и несколько «Мерседесов», говорится в справке бывших силовиков.
Что же до Станислава Шевырева, то он, как считает Куляжева, является связующим звеном между ее бывшим мужем и скрытым холдингом компаний «Волга-Автодор». По словам Шевырева, с чиновником его объединяют исключительно дружеские отношения, однако сам он не раз попадал в камеры журналистов, отчитываясь за стройку крупных городских объектов вроде развязки Горьковского шоссе.
При этом наличие скрытого холдинга, как считает бывшая жена замруководителя исполкома Казани, подтверждается тем, что жена и тесть Шевырева числятся учредителями крупных татарстанских компаний, получающих госконтракты. Часть выделенных денег якобы расходится по мелким компаниям под видом займа или строительного подряда, а в конце обналичивается.
Прохоров и Заббаров оказались на скамье подсудимых вместе с Инессой Куляжевой — им, как и экс-супруге потерпевшего, вменяется эпизод «вымогательства, с целью получения имущества в особо крупном». Прокуратура запросила для них по шесть и семь лет «строгача» соответственно.
При этом бывшие силовики частично признали вину: они отрицают обвинения в вымогательстве и признают самоуправство, утверждая, что «слишком доверились Куляжевой», не проверив сведения, которые она им предоставила для составления обращения. Они, как говорят, работали «под диктовку» женщины.
Ложь «сообщников»
Почему Куляжева не верит в показания Прохорова и Заббарова? А потому, как она сама заявила, что анализ документов шел порядка 4 месяцев: мужчины отчитывались перед ней каждый месяц, говорили, что возможно из списка имущества Куляжева подтвердить, а что нет. Это женщина может подтвердить аудиозаписями их разговоров.
— В своих показаниях Прохоров и Заббаров оговаривают меня, якобы я заказчик и поставщик документов. Это неправда — я не заказчик и поставщик, а человек, заключивший гражданско-правовые договора, оплативший услуги двух специалистов, — заявила Куляжева, сказав также, что если бы ей нужны были «писари», то она нашла бы их подешевле, и не платила бы на эти цели свыше 500 тысяч рублей.
Подсудимая отметила, что действовали бывшие силовики официально, то есть по договору, который закреплял их обязанность не просто собирать «компромат» на замрука исполкома Казани, но и вести переговоры по бракоразводному процессу Куляжевой. При этом Прохоров, по словам Куляжевой, составлял справку на рабочем месте, отдельно от Куляжевой — на руках у женщины есть рукописные черновики мужчины.
Кроме того, самостоятельность действий Прохорова и Заббарова подтверждает объемная пересылка документов в переписке с друг другом, рассказала Куляжева. Интересно также, как подсудимая высказалась о приобщении переписок к материалам дела — по словам женщины, следователь Мунирова, что вела это дело, решила оставить за рамками уголовного преследования «скабрезную переписку» между Заббаровым и Забродиной — в деле имеются лишь несколько «безобидных сообщений».
Говорила Куляжева также о том, что к Заббарову у Куляжева есть личная ненависть. И, отметим, что Заббаров остается единственным подсудимым, заключенным в СИЗО.
«Грехи» Куляжева
По словам бывшей жены чиновника, наличие у того теневых активов — не ложь, как говорит следствие, а реальный факт. Подтверждением тому могут служить личные свидетельства женщины. Так, около пяти лет Куляжев ездил на машине «Фольксваген Туарег», зарегистрированной на сына. А в годы совместной жизни он признавался, что компания «Стройкомсервис» — его компания.
Куляжева утверждает, что все, о чем она говорила с бывшим мужем — это детали бракоразводного процесса, а не вымогательство имущества или денег. Она лишь хотела, чтобы ее экс-супруг вспомнил о неисполнении обязательств по брачному договору.