Татарстан - флагман развития российско-китайского бизнеса

В столицу Татарстана с кубком после победы в конкурсе китаистов из Харбина вернулся Михаил Медведев. Российский китаист, специалист по Китаю, переводчик с китайского языка, руководитель компании China Expert International всю жизнь посвятил Поднебесной. Теперь он планирует способствовать развитию торговли и улучшению взаимоотношений между Татарстаном и Китаем.

- Расскажите о себе. Когда и почему у вас появился интерес к китайскому языку и культуре этой страны?

- Китай заинтересовал меня еще с самого детства и стал моей целью, мечтой. Моя первая фамилия была не Медведев, первая фамилия китайская — Шиньян. Мой дедушка был китаец, он жил еще до революции на территории России, в Хабаровском крае. После войны познакомился на Севере с моей бабушкой и увез ее в Хабаровск. У них родился мой отец — метис: наполовину китаец, наполовину русский. Он оставил свою фамилию Шиньян.

В советское время многое, и язык, и культура в нашей семье утратились, мы уже вернулись на родину мамы. Мы переехали с Хабаровского края в 1991 году в Приморский край на границу с Китаем, в Октябрьский район, село Покровка. Там был основан первый погранпереход Полтавка. Отец тогда стал предпринимателем и начал экспортировать из Китая всё, что было.

Автор фото: Павел Хацаюк/ИД «Вечерняя Казань»

В нашем доме частыми гостями были китайцы, наши партнеры. Я помню эти встречи, когда они меня учили китайскому языку. Тогда воодушевился и решил учить китайский язык. У меня были такие детские учебники, разговорники, которые помогали в изучении.

У нас было два китайских телеканала. Я смотрел их, хотя на тот момент ничего не понимал. Уже потом начал записывать передачи на кассеты и выписывать иероглифы. Просматривал телеканал, передачи, переводил и переслушивал. Потом поступил в 2002 году на востоковедческий факультет Владивостокского государственного университета экономики и сервиса.

- Почему выбор пал именно на регионоведение Китая?

- Все свои интересы и предпочтения я нашел в одной специальности. В университете я начал учить китайский очень старательно. У меня был словарь, 156 тысяч слов. Я всё заучивал. У меня была высокая цель — выучить в совершенстве китайский язык.

Такая спартанская среда была, тяжелые годы, и мы жили в маленькой комнате. Была цель выбиться куда-то, что-то освоить, состояться в жизни, иначе надо было в армию уходить. Поэтому учился очень старательно китайскому языку. Я приставал ко всем китайцам в университете и учился с ними. Сейчас я советую студентам найти такого друга-помощника, который тоже учит, например, русский, и взаимно помогать друг другу.

У меня ещё были два педагога - молодые китайские девушки, которые приезжали по программе обмена из Китая. Они оказали на меня большое влияние. Даже в неурочное время со мной встречались, потому что видели во мне энтузиазм.

Признаюсь, был влюблен в Китай и с большим желанием изучал в российском университете китайский язык. Я осознавал, что перспективы сотрудничества России и Китая велики и я смогу по достоинству реализовать себя в этом направлении. За хорошую учебу и участие в международной жизни университета наше министерство образования в 2006 году наградило меня стипендией для обучения в Тяньцзиньском Педагогическом Университете. Получив документы о зачислении, я отправился на поезде из Владивостока сначала в Харбин, а оттуда в Тяньцзинь.

Тут начинается моя самая главная полоса в жизни. Там я закончил магистратуру, выиграл грант на обучении в магистратуре Университета Нанькай по специальности «международная торговля».

Не зря китайская пословица гласит «День человека начинается с утра, а год начинается с весны», поэтому в 2007 году именно весной передо мной стоял вопрос: вернуться домой в Россию или закрепиться и работать в Китае. Тогда я решил посадить свое зерно в почву российско-китайского бизнеса, в надежде, что оно прорастет и даст свои плоды.

Уже тогда мое чутье подсказало, что нужно пользоваться своим нахождением в Китае и искать российских покупателей китайских товаров. В 2007 году складывалась благоприятная ситуация для экспорта промышленных товаров в Россию. Рубль был крепким из-за высоких цен на нефть, экономика России в докризисные годы также быстро развивалась, наблюдались высокие темпы роста строительных работ и в России ощущалась большая потребность в китайских строительных материалах и оборудовании.

В апреле 2007 года, когда моя практика китайского языка подходила к концу, я уже нашел несколько клиентов в России, заинтересованных в покупке теплоизоляционных и отделочных материалов.

Могу точно утверждать, что в Китае в то время мне были искренне рады. Меня уважали и ценили, и хотели строить честные партнерские отношения. Я нашел настоящих ответственных партнёров и друзей, но в таком юном возрасте я не мог хорошо разбираться в людях, тем более в китайцах. Не всегда мог правильно оценить их возможности. В те годы мне приходилось работать в совершенно незнакомых условиях, решать важные деловые задачи в совершенно чужой культурной среде.

- Потом вернулись в Россию?

- Да, в России начал продвигать, наоборот, не импорт товаров из Китая в Россию, а поставки из России в Китай. Стал сотрудничать с государственными органами, которые финансировали различные поездки наших бизнесменов в Китай, летать с делегациями, продвигать российские товары на выставках, а именно лесоматериалы. Жил какое-то время в Кирове, там я построил китайский завод по деревообработке, полностью с нуля, привлекал инвестиции, покупателей на протяжении этих лет.

Три года назад переехал в Татарстан. До этого года меня не знали, но потом начали приглашать для участия в важных международных мероприятиях, особенно в этом году. Перед началом большого саммита БРИКС, в Казани проходили различные отраслевые форумы БРИКС, в которых принимали участие важные государственные лица из России и Китая.

- Как проходил конкурс? Из каких этапов состоял?

- В первый раз все этапы конкурса для российских участников проходили дистанционно по Зуму, предполагалось что мы сразимся в финале в Харбине, но по объективным причинам, финал прошел также дистанционно. Уже через неделю мы вылетели в Китая на награждение победителей.

К финалу я усердно готовился. Он включал перевод устный, последовательный, то есть номинанты выходили на сцену и переводили большой текст с русского на китайский.

Мне попалась тема про искусственный интеллект, и я выступил достаточно открыто. Рассказал всё очень досконально. Где необходимо было просто перевести, я делал какие-то ремарки. Рассказывал с выражением и энтузиазмом. Мое выступление вызвало бурные аплодисменты у всех членов жюри, китайских участников и зрителей.

По итогу мне дали 94 балла. Я обогнал того, кто был на втором месте, на пять баллов. Это был хороший отрыв. Награждение проходило в Харбине. Там уже нас чествовали, дали этот кубок, грамоты. Нас возили в университеты, все преподаватели, которые были членами жюри, меня отмечали. Сказали, что скачали мое выступление.

Автор фото: Павел Хацаюк/ИД «Вечерняя Казань»

Эта победа, к которой я шел очень долго. Я в душе чувствовал, что я самый лучший, но надо было чем-то подтвердить. Конечно, переживал. У меня были конкуренты, которых я всячески поддерживал. Хотел, чтобы эта борьба была с самыми сильными ребятами, приглашал их, чтобы они участвовали в этом мероприятии. Очень рад, что познакомился с талантливыми ребятами. И, как говорил Конфуций: «Если в пути находятся трое, кто-то из них может оказаться твоим учителем».

- Вы наверняка разговаривали с жителями Китая о Татарстане. Как они относятся к Татарстану?

- Казань известна еще со времен средневековья, когда была в составе Золотой Орды, и как раз в Китае образовали династию Юань примерно в то же самое время. В принципе, какое-то время татары и китайцы жили на территории одного государства, можно так сказать. Мы видим, что где-то в культуре, во внешности жителей Татарстана можно проследить какие-то азиатские черты.

Сегодня, кто хорошо знает Россию, были и в Казани. Многим нравится сюда приезжать. Даже старые бизнесмены из Китая, которые живут в России 20-30 лет, слышали о Казани, но ещё не приезжали. Потому что те, кто занимаются лесным хозяйством, живут в Сибири либо в Кирове.

Казанский «рынок» привлекал какую-то небольшую часть, а так в основном китайцы все стремились либо в Москву, Питер, Дальневосточный регион, Кемерово, Екатеринбург. Казань немного оставалась в стороне, была непонятна, но все, кто приезжают сюда, удивляются и говорят, что по красоте, градоустройству, инфраструктуре столица Татарстана вправе считаться третьей столицей. Не все до конца понимают, что такое республика. Из-за того, что слово «Татарстан» похож на «Казахстан», «Узбекистан», им кажется, что это отдельное государство. Я объясняю, что Татарстан является субъектом федерации, но обладает определенными какими-то более расширенными правами, где есть свой язык, культура, история.

После таких масштабных мероприятий, как саммит БРИКС, «Игры будущего» и приезда Си Цзиньпиня, многие узнали о Казани. Мои видео в китайском ТикТоке с хештегом «Казань» набирали очень много просмотров во время и после саммита. Плюс открылся новый рейс Шанхай - Казань. Сейчас уже обсуждается вопрос о том, что туристические места будут больше адаптировать под китайцев. И также привлекают татарстанских туристов, которые будут ездить в Шанхай, в ближайшие регионы с туристическими целями.

Автор фото: Павел Хацаюк/ИД «Вечерняя Казань»

Посредством развития Казани и проведения разных последующих мероприятий государственного уровня больше китайцев узнают о Казани.

Китайцам здесь нравится наше сочетание природы, чистоты, культуры и хорошая инфраструктура. Здесь им комфортно, потому что не так жарко, как в Китае.

Есть ещё очень много общих черт. Например, чак-чак есть и в Китае. Он называется шатима. Примерно такое же блюдо, его делают на западе Китая. Торговцы разрезают торты из чак-чака и продают их порционно, в пакетике.

Казань исторически находилась на пересечении цивилизаций, Шелкового пути, по которому из Китая двигались товары, в основном это шелк, чай, фарфор. Как цивилизационный такой вот оплот, я думаю, Татарстан будет играть самую важную роль в отношениях России и Запада. Регион - флагман развития российско-китайского бизнеса.

— Насколько сложно учить китайский? И так ли он необходим жителям России сейчас?

— Всех поддерживаю, хотя в душе сомневаюсь, что кто-то это дело доведет до конца. Я четко понимаю, что люди, скорее всего, не погрузившись так же, как я и большинство, которые чего-то добились, смогут его выучить. Я учил с детства, потом в университете. Благодаря ежедневному погружению приобрел базу, которая позволила мне поступить на китайскую магистратуру.

Для того чтобы добиться какого-то реального уровня, стать переводчиком, достойным специалистом, до этого нужно долго идти. Только на базу уходит пять лет. А дальше практика. Это такая глобальная вещь, которая никогда не закончится.

Китайский язык необходим, но это не тот язык, который должны все знать массово. Когда более тесные связи с Китаем будут, тогда появится глобальная необходимость. Но пока что это язык для самых посвященных, мотивированных людей. Только они к этому придут. Надо популяризировать китайский язык и Китай, чтобы была такая здравая когорта бизнесменов, переводчиков, экспертов, которые бы продвигали российско-китайские торговые и культурные связи не только в Татарстане, но и в России. Мир изучает Китай.