Афера на 130 миллионов «зацепила» экс-зампрокурора Казани Нафиева
В столице Татарстана стартовало рассмотрение дела Гумера Нафиева — сына некогда главного прокурора республики. Его обвиняют в получении трехмиллионной взятки за помощь в прекращении уголовного дела экс-владельца страховой компании «НАСКО».
В Вахитовский райсуд Казани Гумера Нафиева доставили в сопровождении конвоя вместе с тремя предполагаемыми сообщниками: Владимиром Бойковым, Евгением Коклягиным и Владимиром Кучинским. Чтобы официально предъявить им обвинение, представителям прокуратуры Марату Сулейманову и Виктории Аюповой потребовалось порядка четырех часов.
Нафиеву вменяется один эпизод получения взятки в особо крупном размере — максимальное наказание по этой статье составляет 15 лет лишения свободы. Коклягину и Кучинскому вменяется посредничество во взяточничестве и «мошенничество, совершенное в особо крупном размере» — им грозит до 12 лет. Бойкову же повезло больше остальных — по двум эпизодам мошенничества в худшем случае он окажется за решеткой на 10 лет.
Несмотря на то, что наиболее тяжкое преступление вменяется именно Нафиеву, назвать его основным звеном коррупционной цепи сложно. И все потому, что получил бывший зампрокурора Казани, по версии следствия, всего лишь 4% от суммы, которую взяткодатель заплатил остальным подсудимым за прекращение дела. Речь идет о бывшем владельце татарстанской страховой компании «НАСКО» Александре Кондратенкове — злоумышленникам он передал более 132 миллионов рублей, после чего его все же объявили в международный розыск.
«Бесчестные» взяткодатели
Потребность незаконно «решить вопрос» с уголовным преследованием появилась у Александра Кондратенкова в августе 2019 года. Как следует из речи гособвинителей, именно тогда «от неустановленных лиц» бизнесмен узнал, что на него заведено дело по 201-й статье («Злоупотребление полномочиями»). Мужчину подозревали в выводе активов из крымского ООО «СК «Вектор» на сумму порядка 70 миллионов рублей.
Отметим также, что, помимо «Вектора», Кондратенков был владельцем или, как его называло следствие, «бенефициаром» еще четырех страховых компаний — это АО «СК «Опора», ООО «СК «Трудстрах», ООО «СК «Респект» и АО «НАСКО». С декабря 2016-го по май 2019-го эти юрлица лишились лицензий на осуществление страховой деятельности.
Уже в октябре 2019-го Кондратенкова объявили в международный розыск, однако за пару месяцев до этого он все же хотел решить вопрос с силовиками в России. И «решалы» нашли его сами — в конце августа на бизнесмена вышел подсудимый Владимир Кучинский, который совместно с Евгением Коклягиным запросил у Кондратенкова два миллиона долларов, что на тот момент составляло примерно 132,7 миллиона рублей.
Стоимость «услуги» обосновывалась просто: Кучинский уверял, что сможет уладить «любой вопрос» с силовиками, просто передав взятку. При этом лицу «в погонах» предназначалось куда более скромная сумма, чем два миллиона долларов. Так, до зампрокурора Казани Нафиева дошло лишь три миллиона рублей — он был конечным звеном в этой цепи и действительно мог, по версии следствия, повлиять на прекращение «уголовки» Кондратенкова.
Дело в том, что расследовалось преступление в УМВД России по Казани, надзор за которым осуществлял Нафиев. Когда злоумышленники вышли на зампрокурора столицы Татарстана, то уголовное дело Кондратенкова уже было приостановлено следователем — и прокурор, не отменяя это постановление, мог добиться полного прекращения дела.
По словам источников «Вечерней Казани», спасло следствие то, что из Казани материалы по Кондратенкову передали в Москву — и Нафиев больше не мог никак повлиять на непривлечение бизнесмена к ответственности.
Примечательно, что изначально дело на Кондратенкова возбуждали в Крыму, по месту регистрации ООО «СК «Вектор».
Как задерживали Нафиева?
Вскрыл всю коррупционную схему, как ни странно, именно Кондратенков — через доверенное лицо он обратился в правоохранительные органы и написал заявление на «благодетелей со связями». Триггером послужило то, что вопрос с его «уголовкой» так и не разрешился.
В итоге показания Кондратенкова оказались на столе сотрудников спецслужб, но реализовать их не получалось: по закону о прокуратуре следственные действия в отношении сотрудника местного ведомства можно осуществлять лишь при согласовании с прокурором региона.
Так, свои три миллиона Нафиев получил в июле 2020 года. Однако задержали его лишь к весне 2024-го, после того как новый прокурор Татарстана Альберт Суяргулов провел в ведомстве «ревизию» и обнаружил нереализованные «папочки», утверждают наши собеседники.
За несколько месяцев до своего задержания Нафиев вышел в отставку и перебрался в Москву, где его и заковали в наручники.
Подробная схема преступления — версия правоохранителей
Для «закрытия сделки» с Кондратенковым подсудимые Кучинский и Коклягин проводили с бизнесменом неоднократные телефонные переговоры — и даже личные встречи с его доверенным лицом Ольгой Опря. При оглашении обвинительного заключения также прозвучало, что встречи проходили в том числе за границей.
Впрочем на первых этапах «переговоров» это происходило главным образом в Московской области — подсудимые делали вид, что Коклягин как раз тот самый человек со связями в правоохранительных органах. И этого оказалось достаточно — в период с августа по сентябрь 2019-го Кондратенков отдал распоряжение своему отцу передать Кучинскому и Коклягину два миллиона долларов, или 132,7 миллиона рублей. Деньги передавались через посредника Виктора Юганова.
Дальше, чтобы все же решить вопрос с уголовным делом Кондратенкова, подсудимые вышли на некоего Андрея Труфанова — обвиняемые полагали, что он обладал необходимыми связями в правоохранительных органах. Тот в свою очередь подключил к схеме еще одного подсудимого — Владимира Бойкова.
В итоге от двух миллионов долларов, выделенных Кондратенковым на «решение вопроса», подсудимые передали Труфанову лишь шесть миллионов рублей, а он уже половину этих денег передал как раз Бойкову, понимая, что нужных знакомств не имеет. Бойков тем временем решил показать, что необходимые знакомства у него есть — и вывел на сцену фейк-сотрудника ФСБ Виктора Москалева.
В декабре 2019-го Бойков и Москалев начали активно убеждать Труфанова и вместе с ним лагерь Кучинского-Коклягина в том, что для решения вопроса необходимо передать около 20 миллионов рублей. Сошлись на том, что Москалев через Бойкова сначала получит аванс в размере шести миллионов, но злоумышленники стали требовать остальное. И в январе 2020 года они все же добились своего — деньги передавались по той же схеме: через Юганова от отца Кондратенкова.
На Нафиева у Москалева получилось выйти через своего старого знакомого Пешкова, тоже сотрудника правоохранительных органов. В итоге Москалев и Пешков наведались в Казань к зампрокурора города Нафиеву, где среди прочих тем обсудили и дело Кондратенкова — справились о его статусе. Зампрокурора пообещал все уточнить — и показал Пешкову документ о приостановлении следствия, при этом пообещав не отменять постановление.
За эту услугу, как считают силовики, Нафиев получил три миллиона рублей — и эти деньги являлись лишь первой частью взятки.
Никто из четверки подсудимых вину в полной мере не признал — отдельные обстоятельства признал лишь Нафиев. Сказал, что не признает квалификацию и объем обвинения. Более подробную позицию обвиняемые пообещали раскрыть в ходе своего допроса.
Подписывайтесь на нас в Дзен!
Авторы проекта уверяют, что новый район обеспечат всей необходимой инфраструктурой. Среди рисков - взрывной рост маятниковой миграции и стремительный рост цен на жилье на окраинах города.
Свежие платёжки за ЖКУ поражают уже сейчас и грозятся удивить ещё сильнее. А неплательщики не спешат гасить долги, хотя от платёжек никуда не деться. Платить по счетам приходится и наследникам, и новым собственникам.
В коридорах власти созрел план по радикальной перестройке одного из самых популярных налоговых режимов страны. Льготы могут оставить только россиянам, не работающим с компаниями.
Впервые с начала СВО режим «Ракетная опасность» охватил сразу несколько республик: Татарстан, Башкирию, Удмуртию и Чувашию.
Интерес к программе долгосрочных сбережений в Татарстане растет, хотя по количеству участников республика не в лидерах. В основном инструментом пользуются пожилые люди, более молодых же отпугивают длинный срок и строгие правила программы.
